— Ёлки, да ладно тебе! Мы — два самых крутых сукиных сына в четвертом секторе! Они рады, что от нас избавились хоть на время! Сунутся и попробуют воспитывать — видит Небо, я сломаю кому-нибудь из них вымя!

— Что? — Я не выдержал и заржал. — Какое, в задницу, вымя?

— А что я неправильно сказал? — удивился Таго Гваун.

— Ну, вымя — это… Сиськи коровы! — вытирая выступившие от смеха слезы, сказал я.

— Так всё правильно! — закивал эльф. — Я это и имел в виду!

— Уф… Подвинься, комедиант, я присяду. А потом ты мне расскажешь, какого хрена ты тут делаешь, как с тобой связаны уманьяр-киборги на мосту через Бирюсу, при чем тут плазмометы, зачем тебе такая дебильная прическа и какого хрена мы забыли в карцере! Кстати — ты не знаешь такого парня… Цегорахов его фамилия? Вы капитально похожи. Как чертовы братья-близнецы, но он — человек, а ты — эльф!

— Ёлки, ты знаешь Дэна? О-о-о-о, этот пройдоха! Охо-хо, знаешь, в последнюю нашу встречу он написал мне на лбу матерное слово, а я ходил с ним полдня и понять не мог — чего все так рады мне? Улыба-а-аются, понимаешь, аж глазки сверкают! Мир тесен, да? Или это придурки притягиваются к придуркам?

— Мне он раскрасил зубы во все цвета радуги. Но мы с ребятами обосрали ему все филиалы в Сан-Себастьяне…

— Ты тамошний? — тут же навострил свои и без того острые уши эльф. — Ты — сан-себастьянский?

— Я вездешний, — отмахнулся я. — Вездесущий! Куда хочу — туда скачу, кого хочу — того топчу! Из дикой Хтони дикая тварь!

— Везде ссущий? Хо-хо-хо! — Он лежал на спине и хохотал, сверкая белыми зубами, и у него внутри что-то булькало. — Хы-хы-хы!

— Черт побери, мне казалось — это у уруков самое дебильное чувство юмора… — почесал голову я. — Рассказывай, в чем суть идеи попасть в карцер?

— Ёлки! Тут прямо над нами — буквально над потолком — прачечная. А над прачечной — пункт внутренней связи. Ну, матюгальники все эти, выход на динамики системы оповещения и доступ к каналам радио. Плюс дублирующие экраны для камер наблюдения.

— А зачем это нам?

— О! Я должен убить Вуйи Вэзаванге Лалоезика! — заявил он.

— Что, ять? Какого вуя? Что за… — В этот момент я понял, как чувствуют себя окружающие, когда я несу свою дичь.

Очень глубокомысленно, явно с некой целью, но ни-хре-на непонятно!

— Вуйи Лалоезика, — пояснил эльф. — Это мой двоюродный брат, ёлки. Он контрабандист и торговец живым товаром. Продал каким-то уродам из вашей российской аристократии несколько простолюдинов из нашего клана…

Тут я напрягся. Это не могло быть обычным совпадением! Уманьяр в Государстве Российском — крайне мало. И все, что есть — в крупных городах, столице… А тут — Сибирь! Дремучая провинция! И на моем пути к Байкалу, то есть — в теоретической близости к владениям лаэгрим… Это «ж-ж-ж-ж» неспроста!