Из бани высунулся Бахар — уже в тулупе.
— Вот что ты имел в виду, когда говорил про картину «Кишки в лесу»… — задумчиво пробормотал он.
Рыболюд еще шевелился, но раздраконило его капитально. Я нашарил в снегу рукоять карда и пошел к его голове. Меня очень интересовала природа твари: была ли она хтонической или, может — что-то сродни Слонопотаму или уральскому Полозу? Или — это что-то местное, первобытно-доисторическое? Демон, божок-кумир, просто — вымирающий вид фауны?
Огромное чешуйчатое тело едва дергалось, глаза Имбы открывались и закрывались, кровь из многочисленных ран заливала все вокруг, снег таял, валил пар… Миндальничать я не собирался: размахнулся — и ударил туда, где у людей бывает шея. А потом — еще и еще раз, пока голова не отвалилась в сторону.
— Вы завалили Имбу. Дурдом! — Шаман — кандидат наук, оказывается, выжил и даже слегка протрезвел.
— Как говорил Петенька Розен — для любой твари есть критическая масса металла в организме, с которой она выжить не сможет… — попытался выдать что-то эпичное я, но понял, что все это время носился по двору в чем мать родила, и закончил уже куда менее пафосно: — Или что-то типа того…
— Ребра! — выпрыгнул из шаманского дома Хурджин. — Дед бьет меня в грудь и говорит — лучше этих ребер не найдем, однако! Да-а-ай мне кард, Бабай, так-то я ребра выколупывать стану!
Я протянул ему кард, снял с головы сраную банную тюбетейку, вытер ею окровавленную рожу и прочитал надпись на головном уборе, которая гласила: «NE PAR’SYA!»
А я и не собирался париться. Напарился на пару лет вперед, ять! Вот душик принять — это другой вопрос… И вообще — мне еще раздавленные имбовой сволочью нарты разбирать надо! Где-то там, кажется, были запасные штаны.
Глава 23 Танцы с бубном
После ублюдского прыжка Имбы на нарты из всего немалого количества дедморозовых шкур в пригодном для выделки состоянии остались только две. Да и те — под вопросом в плане качества. Благо кандидат наук помог Хурджину какими-то своими зельями. Просолили-то мы трофеи сразу, а вот пикелевание-дубление и прочие премудрости — с этим уже шаман подсобил. Если в обычных условиях на обработку кожи требовалось несколько суток минимум, то тут, с этими колбочками и порошочками, они уложились часа в три и получили мягкий, на ощупь похожий на замшу, материал.
— Кости так-то сам вырежу как надо! — заявил тролль. — На привалах у костра.
Но «коллеги» на консилиуме решили, что снова должны помочь ему — и подарили какой-то местный легендарный резец на костяной же рукоятке, и моток покрытой окисью медной проволоки, и бутылочку особо мощного клея на растительных компонентах. И бусинок с бисером — для украшательства. Хурджин отказывать не стал — уважил шаманское сообщество, еще и в пояс поклонился, приложив одну руку к сердцу, а второй, как положено, махнув у пальцев ног.