А потом рвануло так крепко, что ударной волной меня подняло в воздух и садануло о перила моста — спиной и затылком, и, кажется, я на секунду потерял сознание.

* * *

Возвращение в реальный мир было ярким и шумным. Стрекотали над головой самые обычные вертолеты, спускался на тросах милицейский спецназ — ребята в бронежилетах, шлемах-сферах и сером городском камуфляже споро рассредоточивались по мосту. На спинах у них красовалась такая знакомая аббревиатура на латинке — «SOBR».

По мосту… По тому, что осталось от моста. Там, где раньше громоздился завал из машин, возле которого я и пристрелил киберэльфа из плазмомета, зияла огромная дыра. Как раз на две полосы движения.

— На хрен, на хрен… — Я аккуратно, стараясь не привлекать к себе внимания, протер банданой рукоять плазмомета, цевье и все прочее и, пользуясь своей близостью к перилам, выбросил орудие в реку.

Если что — найдут. Те, кто будет знать, что искать.

— Тут выживший! — мигом срисовали меня спецназовцы. — Работаем, работаем…

Откуда-то появились парамедики с носилками и медицинским кофром. Хрупая ботинками по обломкам машин, асфальтной и бетонной крошке, отделение собровцев деловито приближалось ко мне, ощетинившись во все стороны стволами автоматов. Другие уже брали под контроль прилегающую местность, оставляя посты у найденных особо ценных улик. Например — трупов киберэльфов. Ну чисто картинка! Ща-а-ас, всех спасут и всем помогут, да. Где ж вы раньше были, а?

— А-а-а-а, черт, это черный урук! — Этой фразы, прозвучавшей из-под черной балаклавы одного из спецназовцев, хватило, чтобы деловитость мигом сменилась агрессией и все стволы оказались направлены на меня.

— Лежать, лежать, мордой в пол, руки за голову! — орали они. — В случае неподчинения — открываем огонь на поражение!

— Мужики, это не я! То есть — я! Но не это! — Понимая всю тщетность попыток что-то кому-то доказать в данной ситуации, я все-таки решил попробовать: — Мост киборги громили. Я мимо проезжал и ввязался!

Но на асфальт — лег, и руки за голову завел. Слова Петеньки Розена о критической массе свинца в организме никто не отменял: если сотня этих ребят начнет поливать меня из автоматов — никакие татау не помогут.

— Лежи тихо, образина! — Они застегнули на моих запястьях пар пять наручников, не меньше. И столько же — на ногах.

— Свяжитесь с Иваном Ивановичем Риковичем, целовальником Сыскного приказа. Говорить буду только с ним, — несколько раз повторил я, прежде чем мне рубанули прикладом автомата по башке.

Из чистого благоразумия я решил заткнуться. Устраивать резню милиционеров? Нет уж, увольте… Такие развлечения мне не по сердцу. Мне, может, еще жить в этой стране лет сто или двести! Так что я покорно позволил отконвоировать себя в броневик и уселся там на жесткую железную скамью у самого борта, плечом к плечу с целой кучей спецназовцев.