– Виктория? Неужели это вы? Отец был уверен, что вы рано или поздно позвоните!

– Серё… Сергей Андреевич… он… – Вика никак не могла спросить – боялась.

– Да, жив и здоров, – догадалась Маргарита, – я ему немедленно сообщу, что вы звонили, и передам ваш номер.

– Спасибо!

Следующий час Вика сидела как на иголках, не сводя глаз с телефона. Надо было взять Серёжин номер у его дочери. Человек пожилой, может и с мобильником не разобраться. Вдруг он позвонит завтра или через неделю?

Мурзик прыгнул ей на колени, полез целоваться, щекотал усами. Надо и его с собой взять, если Серёжа назначит встречу.

Зазвонил телефон, номер незнакомый.

– Алло.

– Тётя Вика…

– Серёжка! Серёженька, это правда ты?!

– Да… Я очень рад тебя слышать, тётя Вика. – Голос совсем не старческий, бодрый.

Вика смеялась и плакала:

– А я-то как рада! Как ты догадался?

– Дневник прочёл. Да и после того, как ты на моих глазах растаяла в воздухе, я бы смог поверить во что угодно.

– Давай встретимся? Я приеду, говори адрес.

– Обязательно встретимся. Пиши или запоминай, – сказал Сергей и продиктовал адрес.

Вика тотчас начала собираться. Задумалась на минутку, достала из шкафа выстиранное и тщательно выглаженное белое платье в горошек, которое купила в Куйбышеве. Открыла дверь кладовки и сняла с полки плетёную корзину, постелила на дно полотенце.

***

Такси остановилось у подъезда. Вика расплатилась и вышла, прихватив с сиденья корзину с Мурзиком. Набрала две цифры на домофоне – ей сразу же открыли.

Нужная квартира оказалась на третьем этаже. Вика решила подняться пешком по лестнице, чтобы унять волнение. Каким Серёжка стал? Узнает ли она в пожилом человеке мальчишку, с которым рассталась совсем недавно?

Вот и нужная квартира, дверь чуть приоткрыта. Вика стукнула по деревянной обшивке костяшками пальцев и заглянула внутрь:

– Можно?

– Да, это она! Это моя тётя Вика!

В прихожей стоял хоть и пожилой, но совсем не дряхлый человек. Лицо живое, глаза яркие, как раньше, и улыбка прежняя. Тот самый мальчишка с выразительными глазами, который собирал конфетные фантики; мальчишка, который принёс голодного котёнка и спрятал за диваном; тот мальчишка, который читал стихи: «Так убей же фашиста, чтоб он, а не ты на земле лежал!..» Это был он, несомненно.

– Я узнаю тебя и через сто лет, Серёженька!

Они обнялись, и Вика поцеловала чуть колючую щёку. И у обоих появились лёгкие слёзы радости.

– Ещё кое-кто будет рад тебя видеть, – сказала гостья, промокая платочком глаза, – загляни-ка в корзину.

Сергей откинул лёгкую плетёную крышку. Мурзик поднял голову, принюхиваясь, потянулся мордочкой.