— Вы в порядке? Персиваль?!!
— Что. Это. Было…?
Деккер так и стоял с поднятой для удара ногой и выпученными глазами, присыпанный щепой, клочьями обоев и побелкой. Из соседних номеров выглядывали перепуганные лица.
— Все в порядке, господа, мы из полиции.
Вукович успокоил общественность, помог Деккеру снова встать на обе ноги и аккуратно прислушался к происходящему в номере Загребжемского. Оттуда доносились приглушенные стоны и проклятья. Толкнув дверь, державшуюся после всего случившегося на честном слове он вошел внутрь. Петр корчился на полу держась за разбитое лицо. Возле него на полу валялось два кольта, маленький карманный пистолетик и, чуть дальше, огромный револьвер. Подняв его Вукович осмотрел монструозное оружие и передал его еще находящемуся в прострации Деккеру.
— Это что? — тот взял его и охнул от тяжести, — И где он это взял?!!
— Понятия не имею. Возможно, сделано на заказ. Заряжен.600 нитро экспресс.
— Вольское?
— Нет. Используется для охоты на крупных животных. Против вольцев их пытались применять, но безуспешно.
— Почему? Таким можно этих тварей продырявить.
— Да. Но пуля быстро теряет скорость, да и меткость из-за отдачи оставляет желать лучшего. А волец — это не медведь и не лев. Он тоже вооружен, чертовски быстр и как правило с приятелями.
— И способен разорвать человека пополам как гнилую тряпку голыми руками… Я слышал про них. И очень рад что у нас они не встречаются… Ладно. Что тут у нас еще… — Деккер склонился над Загребжемским, — Иди сюда, ты тупой кусок…
Подняв Петра, Деккер внезапно захохотал. Вукович удивленно уставился на него.
— Смотри, Серго! Свинья! Я серьёзно. Я думал, что он без носа будет выглядеть зловеще. Ну как череп. А он похож на свинью!
Петр, которому его «пушкой» довольно сильно съездило по лицу, задергался пытаясь вырваться. «Приходят. Ломятся в мою дверь. Издеваются надо мной!» — бормотал он тщетно пытаясь освободится из железной хватки Деккера: «Никакого уважения. А еще полицейские. Никто меня не уважает. Все смеются! Всех убью!»
— Спокойно, убивец. — Деккер тряхнул его как бульдог драный ботинок, — Пойдем ка отсюда и поговорим.
— Ничего не скажу…
— Скажешь. Иначе за стрельбу в полицейских окажешься на нарах где тебе быстро объяснят что мы еще очень вежливые и обходительные.
Загребжемский прекратил вырываться и испуганно обмер, позволив выволочь себя на улицу и усадить в машину.
Глава 12 Перепутье
Федор стоял на палубе и разинув рот смотрел в небо. Там, высоко-высоко, практически над облаками, проплывала огромная серебристая сигара. И даже с такого расстояния было видно, что она просто огромных размеров. Зрелище было завораживающее. Вышедший наружу Капитан, посмотрел недоуменно на Федора, потом тоже задрал голову.