Пошатываясь, он потопал в сторону причала, отвязал швартовочные концы и показав провожающим неприличный жест скрылся в рубке. «Тунец», чихнув сажей из выхлопа, сдал назад, развернулся и, переваливаясь, пошел на выход из бухты.
…
Когда слева по борту показался островок с торчащим как гнилой зуб полуразрушенным маяком, из носового кубрика высунулся Старпом.
— Мы уже далеко?
— Достаточно.
— Тогда я, с твоего позволения, пойду отмоюсь, а то после поездки по канализации сделать это толком так и не получилось.
— Вас не видели?
— Нет. Все смотрели на тебя, — Старпом зачерпнул ведром забортной воды и начал полоскаться прям в ней, — Должен сказать, пьяного ты изображаешь отменно. Большой опыт?
— Попизди мне тут еще… Золото все взяли?
— До последней монетки.
— А как на борт втащили?
— Подгребли под пирс и затолкали через иллюминатор. Сами так же влезли. С ковром, правда, были проблемы…
— Каким еще, нахрен, ковром?
— Амяз тебе еще не хвастался?
— Нет. Встань-ка к штурвалу…
— Минутку.
Снова нырнув в кубрик Старпом вручил Капитану сигару и бутылку виски. Тот удивленно посмотрел на подарки.
— А это еще откуда?
— Обнесли кабинет управляющего. Спонтанно получилось.
— Та-ак…
Поставив Старпома за штурвал, Капитан заглянул в машинное. Там, в крохотной выгородке, Амяз с счастливым лицом гладил ворс дорогого ковра.
— И правда — ковер… Огромный. Он-то тебе зачем?
— Ковер ошен нушен, Капитан-аза. Давно сепе хотел. Сидет — хорошо, спат — совсем-воопше хорошо. Тем более што я тепер — старший механик! У меня болшой ковер долшен быть. Во всю каюту!
— Этот тебе — во все машинное.
— Я на будушее думаю. Будет у вас болшой корабл, скашете вы мне: «Вот тебе, Амяз, болшой каюта!», а у меня уше ковер ест!
— Ладно… Раз это важно — пусть будет. Там Антоха выпивки утараканил. Пойдем — хряпнем за удачную операцию по маленькой. Не каждый же день, в конце концов, банки грабим.
Глава 8 Инспектор Вукович
Деккер сидел на скамейке в саду, промакивая платком пот. Он потратил четыре часа на прополку, зато теперь его клумба выглядела как клумба, а не как взорванная силосная яма. Особой любви к садоводству он не испытывал, но сейчас это было единственное место, где можно было находиться, не натыкаясь ежесекундно на Уиггера и его людей, которые метались как тараканы по кухне, тыкаясь во все щели в надежде неизвестно на что. С другой стороны дома скрипнула калитка, потом кто-то несколько раз постучал дверным молоточком.
— Я здесь, в саду!
Посетитель обогнул дом, и остановился, оглядываясь. Начальник Полиции встал, чтобы заглянуть через кусты, закрывавшие скамейку от посторонних глаз. На тропинке стоял невысокий человек в сером костюме. В одной руке он держал дорожный саквояж, в другой — шляпу, которой периодически обмахивался.