Однако это подействовало.

— Понял, — хрипло ответил он, грубо оттолкнул меня и отошел в сторону, тяжело дыша и бормоча что-то под нос.

Не знаю, что будет дальше, но я был доволен собой. Наконец-то смог, хоть и не в полной мере, осуществить то, о чем мечтал с тех пор, как попал в это тело.

Я подошел к мосту и начал подбирать куски березы к каждой дыре. Некоторые пришлось подогнать топором, но в целом я был доволен тем, что получилось. Для проверки, насколько устойчив мост, даже попрыгал на нем. Однако мост, хоть и выглядел ненадежным, все же оказался довольно прочным.

— Чего ты там возишься, оболт… — начал было Ерофей, но прервал себя и закашлялся.

Я замечал, с какой ненавистью и отвращением лекарь смотрит на меня, поэтому ожидал любой подлянки. Но он бы не взял меня с собой, если бы не нуждался в помощи, поэтому пока можно было не беспокоиться, что Ерофей попытается задушить меня ночью или подложит отраву в еду. Но все же надо быть начеку.

Взяв лошадей под уздцы, повел их к мосту. Ерофей же остался стоять в стороне и наблюдать за тем, что будет дальше. Лошади настороженно зафыркали, когда приблизились к бревенчатому мосту.

— Смелее, — подал я голос и сильнее потянул на себя.

Пепельная первая ступила на мост. За ней неуверенно двинулась Гнедая. В это время бревна под копытами опасно заскрипели. У меня сердце замерло в груди, но я продолжал тянуть их на себя, медленно продвигаясь спиной вперед.

Когда на мосту оказалась повозка и колеса с глухим звуком начали катиться по бревнам, я еще сильнее напрягся. Если прямо сейчас бревна не выдержат и рассыпятся, то мы все вместе рухнем вниз, и тогда… Даже думать об этом не хотелось, но совершенно очевидно, что уехать мы не сможем и придется вернуться в деревню, а мне этого не надо.

Мост скрипел и хрустел, отдаваясь вибрацией по всей конструкции. Внизу медленно текла темная весенняя река. От нее веяло таким холодом, что я невольно поежился, представив, что могу оказаться в ней.

Преодолев половину пути, я более свободно вздохнул, хотя радоваться еще рано. В любой момент что-то может пойти не так, и тогда мы здесь застрянем.

— Чего так долго? Шевелись! — прикрикнул с берега лекарь. — Этак мы до вечера будем до Ольховки тащиться.

Лошади подергали ушами, зафыркали и последние метры буквально пробежали, таща за собой тяжелую повозку. Когда колеса с грохотом скатились на берег, я с облегчением выдохнул. Еще одно препятствие пройдено, а ведь мы даже не доехали до ближайшей деревни. Что же дальше нас ждет?

Ерофей быстро перебежал через мост и, взобравшись на скамью, хлестнул лошадей плетью.