На этот раз мне не надо было просить дать руку, он сам ее протянул. Я заметил в глазах мужчины надежду. Получается, что я — единственный, кто хоть немного, но помог ему.
— Все получится, — еле слышно сказал я сам себе и, затаив дыхание, принялся рисовать.
Первая линия — символ жизненной оси, получилась идеальной: широкая и яркая. Две плавные линии тоже получились хорошо, но уже не такие «заряженные», как первая. Ну что ж, остался круг — символ жизненной энергии. Если не смогу сразу вылечить, то заглушу воспаление и помогу тканям быстрее восстановиться, ведь руна не такая уж сильная, и в сложных ситуациях не всегда полностью излечивает.
Я уже положил палец на область между линиями, как вдруг дверь открылась, и послышался возмущенный голос:
— Не понял. А ты какого лешего здесь делаешь⁈
Глава 10
Мы со стариком Федоровым резко повернулись к двери и увидели Ерофея. Тот стоял на пороге и буравил меня взглядом.
Я понимал, что, если сейчас не закончу руну, энергия потратится зря, поэтому снова опустил голову и нарисовал последний знак руны «Исцеления» — символ жизненной энергии.
Руна вспыхнула и пропала.
— Он что, жалуется на меня? Решил сор из избы вынести? — продолжал Ерофей, обращаясь к замершему мужчине, и энергично приблизился к нам. — Имейте в виду, я его с малолетства…
— Да тише ты, — шикнул на него старик и указал на спящую дочь. — Утомилась Меланья. Пусть отдыхает.
Лекарь с раздражением выдохнул, но дальше говорил, понизив голос.
— Вы на его слова внимания не обращайте. Ему лишь бы языком почесать, — криво усмехнувшись, проговорил лекарь и ткнул меня в плечо. — Ты что здесь делаешь?
— Просто заглянул спросить о здоровье, — ответил я, бросив на старика предостерегающий взгляд.
Тот еле заметно кивнул и приложил руку к больному боку. Явно что-то ощущал. Но, судя по тому, что яркий шар не появился из его груди, рана еще не зажила. В общем, я на это и не рассчитывал. Руна «Исцеления» довольно слабая по сравнению с другими, но при нынешнем уровне энергии она — лучшее, что я могу использовать при лечении.
— Раз уж я здесь, может, проведу осмотр? — предложил Ерофей и вытащил бутылек с настойкой из кармана. — У меня все с собой.
— Не сейчас. После завтрака, — выдавил Федоров, вновь лег на лежанку и укрылся своим тулупом.
— Хорошо, как скажете, — лекарь пожал плечами и подтолкнул меня к двери.
Как только вышли в общий зал, Ерофей зло процедил:
— Неужто пришел пожаловаться, что я у тебя деньги забрал? Или попрошайкой заделался и еще просил?
— Нет. Пришел погреться, а то замерз ночью. Заглянул поздороваться и заодно спросил, как самочувствие, — уверенно произнес я.