Дорожки за шлагбаумом темнели в ночной росе, корпуса стояли серыми, в одном окне на первом этаже горела лампа.

Я прошёл мимо будки.

Охранник поднял глаза, узнал меня и сразу вернул дежурную физиономию.

— Роман Михайлович? Вы чего так… — он запнулся, не сразу сообразив, сколько времени. — Чего так поздно?

— Развиваю у персонала наблюдательность, — на ходу бросил я.

Он моргнул, на всякий случай кивнул.

— А-а… понял.

По лицу было видно, что он ни черта не понял. Зато и вопросов больше задавать не стал.

Я вошёл в корпус и поднялся к себе.

Силы в теле ещё были. Просто посередине тело осторожно интересовалось, не хочу ли я перестать мучить его сюрпризами. Ну-у… организм, скажем так, имел полное право на претензию. Я претензию принял к сведению, но отложил до окончания нашей лагерной войнушки.

В комнате я первым делом включил свет, бросил куртку на спинку стула и достал телефон. Хотелось сесть, даже лечь. Но я понимал, что вырублюсь тотчас. А мне ещё предстояло заняться скучной работой.

Элеоноре я написал коротко:

«Нужны распечатанные списки с отметкой времени добавления новых учеников».

Палец завис над экраном на секунду, а затем я-таки отправил сообщение.

Феде ушло следующее:

«Утром держись рядом со мной, рот держи на замке и ни с кем не спорь».

Отправив сообщение куратору синих, я написал Стасу:

«Все скрины с сообщениями перекинь в отдельную папку. Утром проследи за тем, чтобы телефон был заряжен на 100%».

Подумав, я написал ещё одно сообщение своему старому знакомому — сторожу «Гитлеру».

Если от Элеоноры и Феди я не получил ответного сообщения, что, собственно, было логично в такое время, то ответ от Стаса пришёл почти мгновенно.

«Всё сохранено. Скриншоты, пересылки, время получения. Сделал копию, Михалыч».

Я посмотрел на экран и улыбнулся кончиками губ.

— Вот же дисциплинированный вредитель, — хмыкнул я.

Я тотчас написал в ответ, чтобы пацан ложился спать немедля. Сам сел за стол и открыл заметки, чтобы набросать план действий на завтрашнюю игру. Конечно, по бумажке ты особо не разбежишься, но вот упорядочить в голове день завтрашний было не лишним. Когда у тебя перед глазами бумажка со всеми вводными — куда лучше соображается.

Поле всплыло в голове сразу. Место старта, укрытие, которое хотелось занять первым, потому что оно казалось главным. Узкий проход справа, где пацанов должны были перемолоть… Я, конечно, никогда не мнил себя великим тактиком, Лобановским от пейнтбола, но когда примерно карта поля легла на бумагу, в голове начали роиться мысли. И я поставил в заметках короткие пункты.