Пацаны внимательно смотрели, потом начали повторять. Вот только выходило как угодно, но неправильно. Я дал пацанам ещё с десяток попыток, а потом, видя, что не получается, поскрёб макушку и сделал ровно так, как в своё время меня учил тренер, когда ставил технику нанесения удара.

Сунул руку в карман, достал оттуда фантик, оставшийся от шоколадного батончика, который я забыл выбросить. И положил фантик на пол.

— Сейчас будет высокая наука. Смотрите, пацаны, — я привлёк внимание ребят. — Вот у нас есть бумажка. Все видят, как она лежит?

— Ага…

— Угу…

— Бумажка лежит ровно вертикально, если представить циферблат, то на полдень, — продолжил я объяснять.

Пацаны слушали внимательно, но я видел на их лицах недоумение: вроде мы только что изучали азы бокса, а теперь зачем-то рассматривали бумажку, валявшуюся на полу. Чёрт его знает, может быть, сейчас существовали гораздо более современные способы для постановки техники удара. Но я предпочитал вот такой олдскул.

— Вот эта бумажка как раз поможет нам научиться правильной технике, — пояснил я. — Показываю! Смотрим в оба.

Я подошёл к бумажке, наступил на неё подошвой своего туфля. И из такого положения начал показывать технику нанесения удара. Выбросил руку и одновременно провернул ногу, действительно повернувшуюся, как шарнир.

После я поднял ногу и кивнул на бумажку пацанам. Фантик от шоколадки повернулся ровно на тридцать градусов против часовой стрелки. Ну или, если продолжить сравнение с циферблатом, на деление десять часов ноль минут.

— То есть ваша задача — проворачивать ногу так, чтобы фантик повернулся против часовой стрелки на 30° или на два часа, — я покосился на Демида, у которого основная рука была левая, и добавил: — Для тебя задача — повернуть фантик по часовой стрелке на два часа.

Пацаны отрывисто кивнули, показывая, что поняли задачу.

— Пробуем.

Я хлопнул в ладони, а пацаны начали по очереди подходить к бумажке и повторять то, что я только что наглядно показал. Понятно, что получалось так себе и фантик поворачивался на сколько угодно градусов, но не на тридцать. Но, как и в случае с защитой, я не ожидал каких-то прорывов на первой же тренировке. Пацаны попросту были настолько сырые, что возни с ними предстояло крайне много. Но, пожалуй, самое главное тут было желание, а желание у пацанов было выше крыши. Молодёжь старалась, пыхтела и тютелька в тютельку добивалась выполнения поставленной задачи.

— Стоп! Красавчики! — я остановил упражнение. — Если хотите получить результат, то можете тренироваться и без меня. Повторение — мать учения.