— Понятно, — сказал я и усмехнулся. — Обычная стрелялка.

Смысл я уловил быстро. Оружие игрушечное, попадание выводит из игры, поле ограничено, люди нервничают, суетятся, жмутся к укрытиям, а как следствие теряют обзор, начиная верить, что если присели за бочкой, то уже бессмертные. Побеждает тот, кто держит голову холодной, двигается по схеме и не начинает играть в киногероя.

Я открыл ещё одно видео, где какие-то сытые мажоры снимали свой матч с нескольких камер. Там было особенно поучительно. Поле красивое, костюмы стильные, крики бодрые и рожи довольные. А действия — бардак на уровне сельской дискотеки. Один вылетел вперёд ради кадра, второй за ним, третий вообще смотрел по сторонам, будто ждал, что ему сейчас принесут кофе. Их расщёлкали спокойно, даже не вспотев.

Всё это было знакомо до смешного.

Я выключил видео, поднялся из-за стола и засунул телефон в карман. Теперь от теории надо было переходить к практике. Построить моим дурням поле наподобие тому, что я видел на экране, и как следует погонять.

До хозчасти, которую я вчера видел краем глаза, я дошёл быстро. По дороге пару раз кивнул кому-то из персонала, кого-то проигнорировал, а у самой двери столкнулся с завхозом. Мужик был крепкий, с солидным мужским животом. В руках у него был блокнот, под мышкой — рулон какой-то плёнки.

— О, Роман Михайлович, мир вашему дому, — сказал он так, будто уже подозревал меня в хищении табуреток.

И следом попытался положить мне руку на плечо. Сразу было понятно, что относится он ко мне свысока и снисходительно. Я посмотрел на руку, а потом медленно перевёл взгляд на завхоза.

— Руку убрал.

— Э-э… — было видно, что завхоз растерялся.

Но руку он убрал сразу.

— Вы чего тут?

— За добром пришёл.

— Каким ещё добром?

— Спортивно-педагогическим.

— Каким именно? — по новой удивился завхоз.

— Стулья, лавки, столы — всё, из чего можно собрать толковый лабиринт.

Завхоз моргнул, удивляясь ещё сильнее.

— Зачем, стесняюсь спросить?

— Не стесняйся, методику мне нужно проработать.

Он постоял, глядя на меня, явно переваривая смысл моей просьбы. Потом повёл челюстью, словно пережёвывал внутри сомнения, и всё-таки махнул рукой, зовя меня за собой.

— Ладно, Роман Михайлович, пошли — покажу, что есть… а где вы свои лабиринты-то строить собрались?

Место я уже продумал заранее — кивнул на виднеющийся вдалеке спортблок.

— А вот в спортблоке и собираюсь.

— В спортблоке, значит… — завхоз всё так же удивлённо покосился на меня. — Вы уж простите, Роман Михайлович, но вы и спортзал?

— Показывай давай, что у тебя годного есть.