— Бухарест брать не будем? — поинтересовался Щербачев. — Фердинанд Румынский будет противится этому, потребует освобождения столицы любой ценой.
— У него есть две армии, пусть ими Бухарест и освобождает. Нам эта столичная деревня не нужна. А вот Плоешти и Констанца — очень даже пригодятся. И не только в военное время! — резко ответил Брусилов. Следующий вопрос подал Черемисов.
— А какова будет позиция Болгарии? Пока что они с нами не воевали. А если немцы их заставят начать действовать против наших частей?
— Тогда мы «братушек» по балканским горам и размажем! Церемонится с ними не будем! Они нас предали, а с предателями не церемонятся! Ежели болгары все-таки одумаются и из войны выйдут, разговор с ними будет иным. Но сие не в наших сегодняшних компетенциях.
Обсуждение всех вопросов растянулось до вечера. Особое внимание сосредоточили на поддерживающей операции в Карпатах против австрийцев. Командующие Северным и Западным фронтами и армиями сиих соединений не оказались в восторге от того, что вынужденно передают свои корпуса в Резерв Ставки, но тут уж ничего не попишешь: приказ есть приказ!
Но главное совещание началось уже глубокой ночью, как раз из-за того, что общее сильно затянулось. На этом совещании (совершенно секретном) кроме Михаила Александровича и Брусилова присутствовали — командующий Резервным фронтом, генерал-лейтенант Владимир Зенонович Май-Маевский, командарм Первой Конной, генерал-лейтенант Дмитрий Петрович Багратион (правнук героя отечественной войны 1812 года), командир Отдельного ударно-штурмового корпуса, генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский, командующий Резервной армией — отозванный из Петрограда генерал-лейтенант Сергей Леонидович Марков, командующий Черноморским флотом, адмирал Александр Васильевич Колчак, командующий Особым десантным корпусом, полковник Владимир Оскарович Каппель (протекция Брусилова, который оценил полковника еще во время подготовки Луцкого (Брусиловского) прорыва).
Именно тут и прошло обсуждение главных аспектов намечающегося наступления. И это совещание затянулось почти до самого утра.
Глава вторая В действие вступает один из родственников Романовых
Глава вторая
В которой в действие вступает один из родственников Романовых
Российская империя. Фронт под Ригой
22 января 1918 года
Как-то так повелось, что на этом этапе войны императоры по России рассекают в бронепоездах. И это не только с целью безопасности. В некоторых случаях это еще и для конспирации. В группе офицеров, которые высадились из блиндированного вагона с надписью «Иван-царевич» (у кого-то из военных оказалось весьма своеобразное чувство юмора), узнать кого-либо было сложно. Обычная русская военная форма, двое — с забинтованными лицами (скорее всего, направляются в госпиталь по случаю ранения в голову), никого старше подполковника нет. Правда, за штабс-капитаном не вызывают автомобиль, а вся делегация не сопровождается эскортом кавалеристов. Как-то не по рангу всё это. Впрочем, при выезде из города к кавалькаде всадников присоединился бронеавтомобиль с надписью «Путиловец-3». Всё-таки, пока что романтика не покинула русское воинство и грозным боевым машинам принято было присваивать громкие имена.