Тиллеман повернулся ко мне, окинул меня долгим взглядом и хмуро спросил:

— Зачем? Вы кому-то из нас не доверяете?

— Затем, что Лукреции нужна помощница, которая сделает то, что не сможет сделать ни один мужчина, — отрезала я. — Затем, что я сужу свою тетушку по себе и в такой ситуации хотела бы видеть подле себя Элизу. Или саму Лукрецию.

Господин Сайорти склонил голову:

— Прошу прощения, леди райн-Рейвис, устал и позволил себе лишнее.

И пусть слова были сказаны правильные, но тон… В пансионе за такой тон нас до крови хлестали по губам. И ранозаживляющую мазь не выдавали.

— Да, — кивнула я, смиряя бешенство, — позволили. В этом особняке многие позволяют себе лишнее, но почему-то только в сторону той, которой нечем ответить. Приятного дня и благодарю за заботу о моей тетушке. Надеюсь, ваше личное ко мне отношение не будет перенесено на Лукрецию. Клотти, приступай к своим обязанностям.

Больше я не сказала ни слова. Резко развернувшись, просто вылетела прочь из лаборатории. Какая муха его укусила? Или это милейшая Милдред ходит жалуется?

— Какое счастье, что весь этот дурдом принадлежит не мне, — выдохнула я, врываясь в свои покои.

— И вам не болеть, — проговорил мастер Острави, поднимаясь с кресла. — Хотел порадовать вестями, да вижу: вы не в духе.

— Тетушка просыпалась дважды, выпила все зелья, — я медленно выдохнула, — благодарю вас за заботу, мастер. Я оставила рядом с Лукрецией Клотти.

— Это правильно, — кивнул целитель. — Женская гордость – хрупкая вещь, одна не вовремя поданная утка способная довести леди до слез. Что ж, получается, вы с утра успели сделать все, о чем я планировал вас просить.

— Получается.

Меня так и подмывало спросить, чем же я не угодила Тиллеману, но… Разве мне должно быть дело до злопыханий талантливого целителя? Разве я не должна быть выше этого, ведь слова были произнесены правильные.

«Интересно, снова будут травить? – пронеслось у меня в голове. – Или это будет мелкое проклятье?»

Получается, заказывать новые платья нужно в одном определенном месте. И стоить это будет просто невероятно дорого…

— Элиза, подай мне фиолетовое платье. Перед дворцом мы заедем к портному. И возьми у управляющего кристалл-счет, иначе платить придется обещаниями!

Пока служанка собирала вещи, я сидела на подоконнике и думала о том, какая же нелепая герцогиня из меня вышла.

«Меня ведь этому не учили». Я подышала на стекло и вывела пальцем вопросительный знак. «Но, быть может, мне стоит потренироваться на слугах Хайлена? На его доме? Навести свои порядки, чтобы впоследствии они все заплакали от счастья, когда я уйду?»