Я вошла без стука. Мэтр все равно узнал о нашем визите еще в тот момент, когда карета остановилась напротив его дома.

— Знал, то ты вернешься, маленькая искорка.

Ивар напрягся и выступил вперед.

— Не стоит, — я коснулась предплечья мужчины, — это Мэтр, и он опасен только для моего счета.

Прячущийся в тенях маг скрипуче расхохотался:

— Очень в точку, маленькая искорка.

— Я уже давно раздула в себе полноценное пламя, — укорила я его.

И Мэтр, показавшись нам, погрозил мне пальцем:

— Вовсе нет. Есть магия, а есть ты. Идем, ты полюбишь его всем сердцем и затем отдашь мне все, что у тебя есть!

— Ты даже не знаешь, что именно я хочу, — нахмурилась я.

— Твое платье я начал создавать в тот же вечер, когда закончил работу над сапожками, — расхохотался он. — Я видел, что ты вернешься.

Он резко развернулся и пошел вглубь дома. Его высокая сутулая фигура таяла в тенях, и мы поспешили следом.

— Здесь ничего не изменилось, — задумчиво проговорила я, когда мы вошли в мастерскую. — Мусора стало больше.

Мэтр посмотрел в сторону корзины, из которой торчали грязные тарелки.

— Ее забирают по пятницам. Но если хочешь — раковина там.

Я только фыркнула. В прошлый раз такого предложения «удостоилась» тетушка.

— Не заинтересована, спасибо. Но могу сжечь, если хочешь.

— Не заинтересован, спасибо, — фыркнул он.

Лукреция говорила, что Мэтр одинок, а оттого ко всем обращается как к старым приятелям. Мне же казалось, что он притворяется одиноким. Иначе откуда на грязной кружке след карминно-красной помады? Самому Мэтру такой оттенок бы не пошел.

Он провел нас мимо стоек с тканями, и я понимала Элизу, что едва слышно застонала, увидев драгоценнейшие отрезы редчайших тканей.

— Руками не трогать, — хохотнул Мэтр. — Моя защита кусается.

Элиза тихонечко спросила:

— Леди, о чем милорд говорит?

И я показала ей на деревянные накладки, изрытые крошечными отверстиями:

— Там зачарованные жучки. Съедают человека за семь минут.

Элиза обхватила себя за плечи.

— Мамочки, а можно в карету вернуться?

— Они не нападают без приказа, — шепнула я. — Ты под моей защитой, милая.

Мэтр, слышавший наш диалог, крикнул:

— Прости, милый ребенок, я не должен был тебя пугать! Сюда!

Из полусотни парящих манекенов он подманил самый дальний и сдернул с него серую ткань.

— Ну что, ты готова основать новую религию имени меня? — горделиво приосанился маг.

А я… Я была готова продаться в долговое рабство. Какое счастье, что три года назад Мэтру было нечем меня поразить.

Платье со строгим силуэтом, умеренный вырез-лодочка и узкие длинные рукава.

— Зачарованный шелк вымочен в семи зельях, — заливался соловьем Мэтр. — По подолу с внутренней стороны нашита чешуя виверны.