— Мама?

В первую секунду я не поверила. Но затем тетушка открыла тетрадь и показала на заметки, написанные малопонятным, но очень вычурным курсивом.

— Это она так писала, — всхлипнула Лукреция.

— Мама писала печатными буквами, — нахмурилась я.

— Письма, которые она направляла управляющему и в банк, — да, — тетушка грустно улыбнулась, — но если она забывалась, то писала своим обычным неразборчивым курсивом. Вот, посмотри.

Она пролистала дальше, и я увидела до боли знакомые печатные буковки.

— «Найдены еще три твари типа А и две типа Б», — прочитала я вслух. — «Не наоборот, идиоты».

— Она вносила правки, — с нежностью проговорила Лукреция.

Я посмотрела на герцога:

— Значит, леди райн-Рейвис гостила в замке?

Но Хайлен покачал головой:

— Об этом нет никаких свидетельств. Я подниму списки приглашений, но не думаю, что леди райн-Рейвис была здесь официально.

— Из тех, кто работал именно здесь, — я обвела рукой лабораторию, — кто-нибудь жив? Вы говорили про доверенных людей, но кем они были?

— Побратимами моего отца, — глухо проговорил Хайлен. — Его личный снежный отряд. В живых не осталось никого.

Лукреция, последний раз погладив тетради, уложила их на постамент, а после тихо спросила:

— Почему он не передал вам свое наследие?

— Я говорил, что отец никому не доверял и закрылся в башне, — глухо ответил Хайлен. — Он был объявлен предателем, ему повелели сдаться. Но он предпочел обратиться в стихию и усилить границы Вейарны. Он пожертвовал собой, чтобы сделать нас практически независимыми. А я все это время провел у подножия Непроходимого перешейка.

Герцог заложил руки за спину и отошел к кристаллам андалузита. Он молчал так долго, что вместо него заговорил Анхель:

— Они рассорились насмерть.

— Я не буду калечить своих детей только ради того, чтобы отправлять их в Эрандар, — жестко проговорил он. — Раньше на одно поколение приходился один снежный маг. Теперь от нас требуют плодиться и отдавать детей на службу в Эрандар. У меня было трое братьев, и ни один из них не вернулся в Вейарну живым.

— Райн-Торланды не могут на тебе закончиться, — сухо сказал Анхель. — Старые, построенные на крови и смерти щиты, что защищают горные тропы Вейарны, были усилены твоим отцом. Его добровольная жертва будет бессмысленна. Если сменится владетель, то все рухнет.

— Темная Крепость не рухнула, — напомнил герцог.

— Не удивлюсь, если райн-Велронд устроил там огромное жертвоприношение, — отозвалась тетушка. — Ужасный, ужасный человек. Он был на последнем курсе, когда я пришла в Академию. От него веяло чем-то жутким.