Рухнув обратно в кресло, я устало прикрыла глаза. Завтрашний день сведет меня с ума. Что мне делать?

«Я хотя бы райн-Рейвис, а не Саймиш, – пронеслось у меня в голове. – У меня останутся мой замок, земли, полные тварей-из-за-грани, и долги перед королевской казной».

Что не так и мало, остальным бастардам приходилось куда хуже. Но… Неужели моя утонченная, сильная матушка могла гулять от собственного консорта? Зачем он тогда нужен был?

Или я уже существовала? Если верить моим документам, то я родилась ровно через девять месяцев после свадьбы. Вот только все мои метрики восстановлены. До недавнего времени у меня не было сомнений в собственном происхождении, но теперь…

«Теперь, в общем-то, тоже нет», – хмыкнула я мысленно.

Вновь поднявшись на ноги, я подошла к окну и распахнула его. Морозный воздух ворвался в комнату и моментально ее выстудил.

Как ни посмотри, а все выглядит логично. Саймиш не богат, не красив и не силен. Я бы даже сказала, что консорт моей матери был откровенно беден, уродлив и слаб. А еще труслив — он и сейчас бежит от любой конфронтации. Но, очевидно, никто другой не согласился записать на себя чужого ребенка.

«Саймишу хорошо заплатили, но…» Тут я замерла. Но если он знал, что я не его дочь, то как он решился выдать меня замуж? Свидетельствовать перед богами вместо меня?! Это и кровным-то родственникам не всегда с рук сходит!

Боже, тетушка, как не вовремя ты приняла снотворное!

Захлопнув окно, я сбросила халат и тапочки и заползла под одеяло. Надо хоть немного вздремнуть. Завтрашний день… Завтрашний день будет завтра.

Но едва лишь мне удалось задремать, как в спальню ворвалась исполнительная Элиза. Она сквозь громкую зевоту возвестила о том, что леди Лукреция проснулась и вот-вот прибудет:

— Клотти помогает своей леди одеться. Подать чай?

Я вызвала астрологическую проекцию времени и глухо застонала. Пять утра. «Завтрашний» день наступил. Как ни крути, а спать мы с Лукрецией уже не ляжем.

— Пока ничего не нужно, — я села и растерла лицо руками, — отдохни до первого завтрака.

Элиза с недоумением на меня посмотрела:

— Я же буду вам мешать.

Только в этот момент я вспомнила, что она повадилась спать в гостиной, а не в комнате для слуг. Окинув взглядом спальню, я кивнула на маленькую софу, что стояла в изножье кровати:

— Спи здесь.

Набросив на плечи халат, я вышла в гостиную. Разожгла меж пальцев пламя и от него затеплила свечи. Живой огонь успокаивал, в отличие от яркого и безжалостного колдовского света.

— Милая? — Тетушка вошла в гостиную. — Что случилось?

— Я незаконнорожденная? — прямо спросила я.