Зашёл Смолин доложить, что Варвара Дмитриевна с гостьей ожидают в гостиной. Что ж, пойду посмотрю, кого там супружница решила приобщить к здоровому образу жизни…

— Алёша, позволь представить тебе боярыню Лобневу, Анастасию Никитичну, — ожидала меня Варя в обществе молодой женщины чуть постарше, весьма симпатичной, но с уже заметными признаками излишней полноты. — Анастасия, мой супруг боярин Левской, Алексей Филиппович, — представила Варя меня.

Я в самых учтивых оборотах выразил радость от столь приятного знакомства и предложил дамам подкрепить силы чаем и шоколадом, на что дамы, как я и предполагал, с радостью согласились. Я соответствующим образом распорядился, мы устроились в креслах и в ожидании вкусностей предались необязательной беседе, каковую и продолжили за непродолжительным чаепитием, после чего боярыня Лобнева отбыла восвояси.

— И как успехи Анастасии Никитичны? — поинтересовался я, когда мы с Варей остались вдвоём.

— Для первого раза очень неплохо, — ответила Варя. — Она, кстати, справлялась, где можно приобрести такой обруч.

— Нигде, — честно признался я, но, увидев разочарование на лице Вареньки, добавил: — Или у меня. То есть у тебя. Я закажу Пахому несколько штук, а ты будешь пристраивать их своим подругам.

— Спасибо, Алёша! — что-то мне подсказывало, что выражение настоящей благодарности Варя отложила на после ужина. — А то ещё Софьюшка Линёва и Машенька Симонова интересовались гимнастикой для хорошей фигуры…

— Похвасталась? — с улыбкой спросил я.

— Так есть же чем! — пылко отозвалась Варенька. — Да ты же и сам видел, — с хитрецой в голосочке добавила она.

Ну да, и видел, и на ощупь пробовал…

— Значит, у тебя три подруги заинтересовались? А из скольких? — в моей голове начал вызревать коварный замысел.

Варя призадумалась, явно подсчитывая в уме.

— Из восьми. И ещё двум я пока не говорила, — наконец выдала она.

Хм, три из десятка — уже почти треть, а из восьми — так почти две пятых. А неплохая выборка… Тут я начал прикидывать перспективы и постепенно углубился в такие дебри, что едва там не заблудился.

— Алёша? — вернул меня к действительности голос супруги. — Ты о чём задумался?

— Да вот, Варежка, думаю, как у тебя дальше дальше пойдёт с распространением гимнастики, — я напустил на себя озабоченный вид, что далось мне без труда — и так было чем озаботиться.

— Наверное, так и пойдёт, — озабоченность мою Варя, похоже, не разглядела.

— А потом так и прекратится, — пришлось принять вид, уже не озабоченный, а прямо-таки печальный.

— Почему? — не поняла Варя.

— Потому что мужьям твоих подруг и учениц не очень понравится, что их жёны в полураздетом виде выполняют красивые телодвижения в моём доме, — я вернул своему лицу серьёзное выражение.