— Зачем… — я вздохнул. С этого момента слишком многое зависело от того, поймёт меня отец или нет, а значит, мне следовало быть как можно более убедительным. — Хочу повысить общий уровень артефактуры в Царстве Русском.

— Но это же значит, что у кого хочешь артефакторы станут работать так же, как и у нас! — возмутился Васька. — Зачем нам такое⁈

— Да, Алексей, зачем? — поддержал его отец.

— Ну, начнём с того, что так, как у нас — не станут, — вопрос нужно было закрыть сразу, раз и навсегда. — У нас я людей учил, совершенно точно зная, что потом от них будет нужно. Наших людей для нашего завода. А так я буду учить артефакторов вообще. Да, работать они после моего обучения будут всё равно лучше, чем до него, но такого подъёма мастерства, как у нас, не будет.

— Но всё равно же, лучше станут работать не наши люди, чужие, — брат, похоже, решил выступить главным моим критиком.

— Да, станут, — согласился я.

— И что нам с того толку? — не особо уверенно спросил отец. Ну да, он-то мою манеру не лезть в спор, не чувствуя за собой правоты, знает, вот и сейчас ждёт подвоха. Что ж, не буду обманывать его ожиданий.

— Разбогатеют другие заводчики — купят у нас больше паровых машин. Разбогатеет казна — купит у нас больше винтовок и колючей проволоки, — ответил я. — Да и само по себе фабричное производство ведёт к общему росту благосостояния в стране. Станут зажиточнее мещане и крестьяне — купят у нас больше револьверов и карабинов для защиты своего имущества. Помнишь, я дяде, тебе и генерал-воеводе говорил про гонку вооружений? Вот и здесь то же самое — кто начнёт, тому проще будет оставаться первым. Да и потом, — тут я повернулся к брату, — волноваться пока нет смысла, на обучение большого числа артефакторов я выйду ох как нескоро…

— Почему ты так думаешь? — заинтересовался отец.

— А я не думаю, я знаю, — я невесело усмехнулся и рассказал историю Вани Лапина.

— И то ведь верно, — переглянувшись с Васькой, сказал отец. — И как же ты собираешься это переломить?

— Казна же у нас выделку немалой части винтовок откупит для своих заводов? — спросил я.

— Откупит, — признал отец.

— Вот пусть вместе с правом выделки, чертежами да образцами оснастки заплатит нам и за обучение артефакторов с казённых заводов, — на этот раз я постарался, чтобы моя усмешка выглядела хитрой.

— Неплохо бы, — не стал отец спорить. — Только деньги казна считать умеет. Как бы не решили там, что ещё и за обучение нам платить слишком дорого будет…

— Ваньке Лапину после моего учения разряд одарённости подняли, — напомнил я о главном успехе своего ученика. — Неплохо бы и тех наших работников, что у меня учились, в уездную управу Разрядной Палаты сводить. И если хотя бы каждому третьему разряд поднимут, сделаем с разрядных листов списки, да государевым людям и предъявим, глядишь, они и сговорчивее с оплатой учёбы станут…