Я, казалось, не могла двинуться с места. Но стоять столбом было слишком глупо. Я двинулась вперед и прошла мимо Валатара.Остановилась у письменного стола. Бросила взгляд в окно, будто присутствие генерала Скара и то, что мы в комнате одни, меня мало волновало.

Он стоял посреди гостиной и смотрел на меня. А я, как бы ни пыталась храбриться, чувствовала, как колотится сердце.

— Я пересадила цветы, — бросила я, чтобы сказать хоть что-то и разрушить эту давящую тишину.

— Как они? — спросил он следя за мной взглядом.

— Пока неясно. Надеюсь, приживутся. Постараюсь поддерживать их магией

Он небрежно кивнул.

Пауза затянулась. Я слышала, как тикают часы на стене, как ветер гудит за окном.

Валтар сделал шаг ко мне. Потом еще один.

Я не отступила. Некуда было отходить. Я стояла у стола, опираясь на него бедрами.

А Валтар подошел слишком близко. Я чувствовала тепло его тела, видела, как поднимается и опускается его грудь. Меня окутало его запахом, от которого кружилась голова.

— Ты хотел что-то спросить? — произнесла я и голос не дрожал. Ну почти.

Валтар вздохнул и сухо произнес:

— Прости.

Я не сразу поняла, о чем он. Поводов для извинений было слишком много.

— За что именно? — уточнила я.

— Вчера на вершине… Я не должен был смотреть на тебя, не должен был привлекать к тебе внимание Дэррика. Теперь он, скорее всего, понял, почему мы развелись.

Я горько усмехнулась.

— Он и так догадывался. Это могло случиться в любой момент.

— Этого вообще могло не случиться, если бы не я…

Валтар стоял слишком близко. Я чувствовала тепло его тела, видела, как поднимается и опускается его грудь от частого, тяжёлого дыхания. Магическая связь гудела где-то глубоко внутри, напоминая о себе.

Он вдруг наклонился, коснулся пальцами моей щеки и убрал выбившуюся прядь волос. Его дыхание коснулось щеки.

— Прости, Селин, — повторил он жарким шепотом, и его губы оказались на моей щеке.

Я готова была поклясться, что сейчас он попросил прощения уже за все. И за то, что оставил меня здесь, и за то, что не узнал о дочери раньше.

Не поцелуй, а неловкая, странная попытка извиниться. И одновременно — острое желание, которое он не мог контролировать. Я чувствовала, как дрожат его пальцы на моей талии, как сбивается дыхание. Валтар сдерживал себя, но выходило у него плохо.

Я дернулась, отвернула лицо, но только подставила шею. Тепло его губ скользнуло по щеке, задержалось на скуле, потом опустилось ниже.

Валтар не упустил момент и жадно, торопливо поцеловал мою шею, будто не мог остановиться. Губы скользили по коже, оставляя влажные следы. Он шептал что-то неразборчивое, и я чувствовала его горячее, прерывистое дыхание.