Глаза ректора изменились. Из металла превратились в какой-то клубящийся туман, при этом сама ректор застыл, как статуя. Что за хрень здесь происходит? Ректор завис. Просто взял и завис посреди разговора. Личностная матрица сбоит? Или это какой-то транс? Эй, народ! Этот ректор сломался! Несите следующего!

«Что с ним?» — спросил я у Эхо.

«Без понятия », — Эхо был ошарашен не меньше моего. — «Он словно на перезагрузку ушёл» .

«Ты научился чувствовать чужие матрицы?» — уточнил я.

«Ещё нет, но я работаю над этим », — признался Эхо. — «Постоянно провожу эксперименты, пытаясь обнаружить Ласка, матрицу Зорины. Пока всё мимо» .

Ректор отсутствовал практически минуту. Я даже начал беспокоиться, что случайно «сломал» советника императора и теперь «Малышей» точно убьют, однако туман из глаз развеялся, вернув былой металл.

— Твоё предложение приемлемо, — наконец, произнёс Лоран Соларион, словно ничего не произошло. — Однако сейчас отправлять мы тебя не планируем. Ещё рано. Следующие три месяца ты проведёшь в академии, занимаясь учёбой. Причём тебе придётся не только наверстать то, что пропустил, но ещё и то, что ты пропустишь из-за задания. Через три месяца будут все условия для того, чтобы ваша миссия была успешной.

— Ксорхианцы? — догадался я.

— Не совсем, — ректор нажал на терминал и на столе вспыхнула голограмма разрушенной планеты. Судя по качеству — это была имитация, а не данные разведки. Слишком мультяшно и картинно всё выглядело.

Ректор продолжил нажимать, и картинка изменилась — планета увеличилась. Мелькнули сердцевики ксорхианцев, охраняющие планету и, наконец, изображение приблизилось к планете достаточно близко, чтобы продемонстрировать разорванный пополам металлический шар.

— Это какой-то механизм? — спросил я, стараясь не позывать возбуждения. Хотя, как говорил Аларик, с моим лицом точно нужно что-то делать. Потому что ректор понял, что я узнал обломки. И, прежде чем он задал естественный вопрос о том, откуда мне известен внешний вид корабля, которого никто никогда не видел, я произнёс: — Нет, это не просто механизм. Это же корабль предтеч! Ваша Светлость — это же он? Легендарный корабль, которого никто никогда не видел? Разве это не государственная тайна?

— Очень хорошо, что ты это понимаешь, — кивнул советник императора. Как я понял, общался со мной Лоран Соларион совершенно не как ректор ИВА, а как действующий советник императора. — Мы заключим контракт. И в ближайшие три месяца весь экипаж твоего корабля, включая шпиона Республики, будет подвержен блокировке памяти.