Двигатели второго крейсера активировались, и он начал набирать скорость. «Волнорез» пристроился в хвосте, чуть выше линии работы двигателей. Достаточно высоко, чтобы не попасть в выхлопную струю, но настолько близко, чтобы удержать связь. В момент входа в гиперпространство мне нужно находиться как можно дальше от носа второго крейсера.

— Ноль-два от скорости входа в гиперпространство, — послышались слова Векса. — Ноль-три от скорости. Ноль-пять…

Я шёл по широкой дуге, постепенно разворачивая корабли в сторону Дурмин-Шура. Координаты точки выхода из гиперпространства были рассчитаны бортовыми компьютерами и перепроверены Вексом и Эхом.

— Ноль-восемь от скорости, — продолжил Векс. — Наблюдаю рывки. Силовая кривая нестабильна. Ускорение плавает.

— Силовая установка не справляется, — пояснил Рорк. — Я же говорил, что её нужно менять…

— Отставить флуд! — приказал Вальтер. — Ксорх, продолжаем?

— Да, — ответил я, подстраиваясь под прыгающий туда-сюда корабль.

Корректировка влево. Ещё. Торможение. Снова разгон. Танец двух железных гигантов в пустоте космоса. Расстояние между кораблями то увеличивалось до девяноста метров, то сокращалось до десяти. Датчики пищали, предупреждая о критическом сближении. Автоматика пыталась увести «Волнорез» в сторону, я глушил её, управляя вручную. Пару раз мы и вовсе летели в полуметре друг от друга. Малейшая ошибка, и в космосе появится металлический памятник человеческой глупости. Два крейсера, слипшиеся в один комок искорёженного металла. Вот род Нурискан порадуется!

— Единица от скорости, — послышался безэмоциональный голос Векса. — Точка принятия решения. Силовая установка может сломаться в любой момент.

— Вход! — произнёс я, резко уводя «Волнорез» в сторону.

Двигатели взвыли от перегрузки, ревя, как раненый зверь, выдавая сто двадцать процентов мощности. Всех вжало в кресла с такой силой, что «Призраки» не справлялись и рёбра начали трещать. И буквально за мгновение, перед тем как расстояние между кораблями превысило критические сто метров и связь начала рваться, я активировал переход в гиперпространство.

Гипердвигатели малого крейсера активировались, и перед носом корабля появилось искажённое пространство. Реальность начала плыть, словно акварель под дождём. Пространство сжималось, выворачиваясь наизнанку. Звёзды размазались в длинные линии света. Энергия иного измерения ринулась в стороны, окутывая малый крейсер и затаскивая его в «ничто», но добраться до «Волнореза» ей не удалось. Я успел. Успел увести свой корабль в сторону.

А через мгновение в системе Дурмин-Шур появилось второе солнце. Там, где когда-то находилась одна из трёх орбитальных станций, появился огромный огненный шар: малый крейсер вышел из гиперпространства ровно в центре орбитальной станции. Сотни тысяч тонн металла материализовались внутри другого объекта. Физика не терпит подобного надругательства. Материя попыталась занять одно и то же пространство, и результат был предсказуем — взрыв. Станция испарилась, превратившись в расширяющееся облако раскалённой плазмы и обломков.