Ворон странно каркнул, как будто даже крякнул, а я только теперь увидела, что на моем столе лежит вестник. Щелкнула пальцами, активируя плетение, и услышала до боли родной голос:
— Айлира, что-то случилось? Ты не пришла в рощу. Я ждал! Твоя подруга сказала, что тебя не было на лекциях после обеда. Напиши мне, что ты здорова! Если больна — скажи, что тебе нужно, я пришлю почтовыми чарами.
Я всхлипнула, но тут же заглушила всхлип. Взяла лист бумаги, написала: «Прошу прощения, магистр Окс, мне нездоровится» — и сунула записку в клюв прозрачной птичке.
Через пару минут вестник вернулся. Теперь декан бытовиков удивлялся, что я снова обращаюсь к нему так официально. А еще птичка принесла с собой «ярлычок» — метку для почтовых чар. Едва она опустилась на стол, полыхнула магия, и рядом со мной очутилась корзинка с печеньем, фляга с чаем и бутерброд с мясом.
— Ты не пришла на ужин, — прозвучал голос.
Я взяла еду и съела ее, практически не чувствуя вкуса.
— Айлира, ответь мне! — очередной вестник впорхнул в окно, и я со вздохом взяла его в руки.
— Я не подхожу вам, магистр Окс. Я болотная ведьма и никогда не стану изысканной дамой из высшего общества. Мне было приятно общаться с вами…
Договорить я не смогла, выпустила прозрачного голубка и схватилась за кружку с чаем — горло перехватило спазмом. А через пару минут магистр Окс завис у окна, паря на развевающемся плаще.
— Адептка Болотная, — строгим тоном сказал он, — вы пропускаете занятия! — потом одним жестом распахнул окно, выдернул меня из-за стола, закутал в плащ и унес. Такую, какой я была — в домашнем платье, с мокрыми волосами и несчастным лицом.
Глава 19
Магистр принес меня на крышу небольшого здания, стоящего в стороне от корпусов и шумных общежитий. Щелчком пальцев установил защитный шумо-пылевой теплосберегающий купол и немного приоткрыл плащ.
— А теперь поговорим, — строгим тоном сказал он. — Что случилось?
Я молча разглядывала пеструю плитку у себя под ногами. Что я могла сказать? Что приступ ревности и самоуничижения едва меня не убил? Что я чудом подавила магический срыв, позволив себе выплакаться? Кстати, постель придется менять всю — вместе с кроватью. Горючие слезы ведьмы — тот еще растворитель.
— Лира, — магистр вздохнул, — не знаю, что творится в твоей голове, но… Этот дом мне выделил ректор Доррен. По случаю свадьбы. Сегодня я собирался сделать тебе предложение. Приготовил дом, пригласил маму…
— Маму? — у меня перехватило дыхание.
— Да, маму. Она у меня на четверть эльфийка, но умеет строить только индивидуальные порталы, так что прибыла одна.