РИСК: УМЕРЕННЫЙ
ОЖИДАЕМЫЙ РЕЗУЛЬТАТ: СВЯЗЬ 63%
— Одобряю, — сказал я.
Двойка выполнил. Связь поднялась до шестидесяти одного процента. Ошибка в два процента. Для первого результата — лучше многих людей с дипломом.
Я не сказал этого вслух. Дроидам вредно знать, что они молодцы. Начнут требовать отпуск. Или, хуже, повышать инициативу.
К концу цикла у меня появилась первая настоящая группа добычи. Небоевая. Непилотская. Кривая, но уже управляемая. Зато теперь я мог отправить Злобоглаза на осмотр, Клёпку — к крепежу, Буксир — держать трос, Тяжеловеса — тянуть груз, Двойку — читать интерфейсы, а самому перестать быть одновременно разведчиком, ремонтником, диспетчером и грузовым краном.
Это меняло всё.
Не решало пока ни одной проблемы, но меняло расклад.
Пилотов по-прежнему не было. Боевых дроидов не было. Оружие — один слабый модуль и мои надежды на чужие обломки. Истребитель мог вывезти меня, но не команду. Станция держалась на пяти процентах мощности реактора, временных шунтах и честном слове, которое я когда-то перестал считать инженерным материалом, но вера снова возвращалась.
Зато теперь у меня были руки, которые могли работать без меня.
Я поставил команду на зарядку и открыл карту поля боя. Новая мачта уже слушала эфир. Пассивно, тихо, без маяков. По краям карты появились слабые шумы: фоновый мусор, старые аварийные импульсы, холодные отражения от обломков.
Потом пришёл ещё один сигнал.
Дальний. Очень слабый. Не станционный и не похожий на аварийный маяк. Ровная последовательность импульсов — слишком правильная для обломка и слишком свежая для поля боя, которое молчало тысячи лет.
Двойка отметил источник на границе зоны чувствительности.
СИГНАЛ: ВНЕШНИЙ
ХАРАКТЕР: НАВИГАЦИОННЫЙ ОБМЕН
ДАЛЬНОСТЬ: НЕОПРЕДЕЛЕНА
Я уменьшил питание ангара на десять процентов. Потом ещё на десять. Внешние контуры — в пассив. Активные передатчики — выкл. Грузовые дроиды — режим ожидания. Злобоглаз — без активных излучателей. Клёпка — стоп.
Команда замерла.
На карте поля боя зажглась одна тонкая линия. Потом вторая. Не маршрут. Пока только вероятность.
Кто-то шёл по краю свалки.
И, судя по сигналу, этот кто-то был живым. Или достаточно умным, чтобы притворяться живым.
Я посмотрел на своих дроидов.
Дроиды смотрели на меня кто оптикой, кто сенсором, кто просто направлением корпуса.
— Учение закончено, — сказал я тихо, хотя звук в вакууме всё равно был условностью. — Теперь прячемся.
Станция начала гаснуть секторами.
Поле боя, оказывается, ждало не только меня.
Мусорщики
Станция гасла некрасиво.
И правильно.
Красота нужна тем, кто смотрит со стороны. У меня перед оптикой был тёмный ангар, семь дроидов разной степени полезности, недоремонтированный блок связи и поле обломков, откуда только что пришёл чужой навигационный обмен.