Да. Даже если блок связи обижается.

Блок связи обиженно остался недоремонтированным. В этой команде уже появлялись эмоции. Ну или я их придумал. В любом случае половина принадлежала железкам.

Я вывел чужой сигнал на внутренний экран.

Тонкая линия на краю зоны чувствительности стала устойчивее. Потом появилась вторая. Потом третья.

Не один источник.

Несколько.

Они шли медленно, с поправками курса, короткими обменами и паузами. Слишком аккуратно для аварийного мусора. Слишком осмысленно для старых маяков. Слишком близко для моего спокойствия.

Это были корабли.

Не старые.

Не дрейфующие.

Живые.

На этом слове внутренняя логика споткнулась.

Живые.

После пустой станции, вымершего ангара, трупа наёмника, поля боя и дроидов, которых приходилось возвращать в строй по кускам, само наличие живых существ рядом выглядело непривычно.

Человеческая часть меня сразу предложила глупость.

Выйти на связь.

Спросить, где я. Кто они. Какая сейчас дата. Почему у них корабли, а у меня ремонтный зоопарк и древняя станция, которая умеет только ломаться с достоинством.

Инженерная часть посмотрела на реактор, карту внешних следов, статус истребителя, семь кривых дроидов, отсутствие легенды, отсутствие нормального корабля и мою статистику выживания.

Глупость была отклонена большинством голосов.

Большинство состояло из меня же, но в разных степенях паранойи.

Общий приказ получился коротким: наружу не излучать и не греть обшивку. Излучатели, маяки, лазер связи, силовые приводы на внешней стенке — под запретом. Внутри разрешалась диагностика и мелкая работа, пока она не оставляет следа снаружи.

ПРИНЯТО

Толстяк стоял рядом с обозначенным проходом.

Почти не перекрывал его. Прогресс относительный, но честный.

С понятием «шаг назад» пришлось повозиться. Первый шаг оказался не тем назад. Второй — уже полезным.

Я почти услышал, как у него внутри скрипят протоколы пространственной ориентации.

Потом Толстяк всё-таки ушёл с прохода.

Небольшая победа. Не героическая. Зато не пришлось вытаскивать его Буксиром, а это уже праздник низкого бюджета.

Буксир тем временем отпустил трос, поймал его обратно, потом снова отпустил.

Я сделал пометку: уточнить понятие «отпустить» для силовых блоков.

Когда-нибудь.

Если переживём гостей.

Через семь минут пассивная мачта дала первый нормальный контур.

Три корабля.

Первый — малый тягач: боковые балки, внешние крепления, два контейнера на подвесе. Второй — резак или ремонтный катер с длинной носовой фермой и массивным манипулятором. Третий — лёгкий транспорт, собранный из компромиссов: разная обшивка, заплатки, внешние кабельные кожухи, двигатели не одной серии.