— Мам, выпей воды. — Алиса протянула пластиковую бутылку, сжимая её обеими руками, переживая, что в любой момент может выронить на землю. Её голос звучал мягко, но с требовательной настойчивостью, и в тусклом свете было видно, как девушка смотрит на мать с мольбой.

— Дочка, не надо, оставь… Кто знает, что ждёт нас дальше. — Вероника Павловна попыталась отвести руку дочери. Её пальцы дрожали от усталости, которая медленно, как ржавчина, подтачивала изнутри на протяжении последних дней и часов. Голос был слабым, но всё ещё содержал в себе нотки уверенности.

— Мам, ну правда. — вмешался Артём. Его голос был чуть громче, с той особой прямотой, которая следует за логикой обстоятельств. — У тебя губы пересохли, ты даже говорить с трудом можешь. А вода ещё есть. — он чуть кивнул на сумку через плечо, где хранились их припасы: жестяные банки, пара аптечных бинтов, и несколько бутылок драгоценной жидкости.

Евгений подошёл ближе, его шагов было совсем не слышно — он всегда двигался так, чтобы их было не слышно. Остановившись рядом с женой, чуть наклонился к ней, и едва касаясь плеча, произнёс:

— Вероника… — голос был тёплый, глубокий, с тем редким оттенком, который у людей остаётся только для самых-самых близких. — Правда. Ты дольше всех не пила. Возьми.

Семья замерла в этом мгновении, и даже посторонние звуки вокруг них притихли.

Женщина посмотрела на них троих. И сдавшись, кивнула в молчаливом согласии. Пальцы коснулись бутылки, казалось, что пластиковая крышка весила непомерно много. Она открутила её, после чего сделала несмелый короткий глоток. Губы дрогнули, на щеках проступил слабый румянец, совсем незаметный в глухой темноте. Через секунду она сделала ещё один, после чего черты лица начали разглаживаться.

Слабый стук металла эхом отдавался из глубины туннеля, но никто из них не вздрогнул. После всего, что они пережили, шум сам по себе уже не пугал. Если внутри него не скрывались чудовища.

После паники на той станции — после выстрелов, криков, сдавленных шагов, и ревущих монстров. Когда люди рвались в разные стороны, забывая кто они есть…

Сейчас все казалось мирным.

Но тогда, когда вокруг расплескалось безумие. Артём среагировал первым. Он резко дернулся, и подскочил к массивной колонне пытаясь вскарабкаться на её выступ, чтобы осмотреться. Алиса уже держала его сумку, не задавая лишних вопросов брату. Они действовали слаженно, как и следует близнецам. Но подняться до конца он не успел.

Крик рядом разрезал воздух, как стекло — чисто, резко, с последующим эхом ужаса. За ним последовали десятки других. И всё покатилось в ад.