Когда они только приблизились, без лишних церемоний, Никаноров бросил. — Начинаем погрузку. Мне нужно четыре комплекта палаток, одна из которых обязательно должна быть медицинской. Обязательно тёплые спальники, аптечки. Всё по полной программе, в соответствии с боевым распорядком. Рационы минимум на неделю для трёх сотен человек. И ещё модули обогрева, если остались.

Сержант недовольно глянул в сторону капитана. — Товарищ капитан, с палатками напряг. Дали бы хотя бы две, на остальных скомпонуем спальники. Модули обогрева… так это вообще спецфонд. Мне потом голову за них открутят.

Никаноров подошёл ближе, почти вплотную. Голос не повышал, но в нём появилось то, что заставляло и более старших офицеров давать заднюю.

— Если выживем, то я за тебя лично объяснюсь. А если не выживем, то тем более никто головы откручивать не будет. Он сделал паузу. — Давай без бюрократии, сержант. Мы не экскурсию в лес собираем, понял?

— Понял. — выдохнул тот, резко крутанувшись к шкафу с ключами. — Ещё что?

— Боекомплекты под 5.45, на то же количество людей. Всё грузить в ящики. Запасные магазины и гранаты. Тяжелое оружие тоже берем, десяток гранатометов, с запасом гранат. Проверь лично, чтоб без сюрпризов. Медикаментов минимум три ящика. Включая плазму, гемостатик, антишок.

Сержант скрипнул зубами. Его сейчас раздевали прямо до гола, от чего его хомячья натура всячески сопротивлялась.

— С плазмой напряжёнка…

— Выдавливай. — Никаноров взглянул прямо. — Или я вызову старшего офицера по складу, и мы всё организуем по-другому. Выдавлю и его и твою. Вам это не понравится.

Пауза затянулась, но в конце концов сержант махнул рукой.

— Ладно. Получите всё. Только, товарищ капитан, по бумагам все подписи прямо сейчас. А то из-за всяких умников, у меня уже три наряда вне очереди висят из-за таких выездов.

— Смотри, чтоб четвёртый не появился. — бросил Никаноров на прощание. — Через десять минут хочу видеть погрузку у броневиков и грузовых машин.

Он развернулся и ушёл, тяжело ступая по бетонному полу, оставляя за собой ощущение сжатой пружины.

В ангаре уже вовсю началась загрузка. Бойцы переговаривались коротко, отрывисто. Пыль под ногами поднималась мелкой бурей, воздух пах металлом, потом и тревогой. Подготовка к выходу шла в полную силу.

В соседнем помещении, рядом с ангаром, построились три сотни человек. Подразделение выглядело слишком разношерстно. Две трети чистые новички. Лица уставшие, в глазах струится беспокойство с нотками страха. Кто-то держал шлем под мышкой, а кто-то поправлял разгрузку, привыкая к весу полной амуниции.