* * *

— Вот, вот. Ты всё делала правильно, не переживай. — подбадривал мальчик небольшую девчушку, которой на вид было не больше одиннадцати лет. И которая поднимала с земли велосипед, явно упавший ранее вместе с самой девочкой. Да и говорившему пацану было едва ли больше четырнадцати лет.

— Ритка, Ритка. — проголосил юнец. — Ты чего? Ну не рыдай. Всё ведь хорошо, каждый падает. Но главное в жизни это вставать. — подпрыгнул парнишка, стоило ему закончить эту мотивирующую тираду. А девочка всё никак не хотела униматься, и с каждым словом взрослеющего мужчины, она рыдала лишь сильнее.

— С-с-ерёжа. — просипела малышка. — Очень больно падать, мне не нравится велосипед. — и захныкала сильнее, держась за коленку, которая кровоточила сквозь её маленькие пальчики.

— Давай я посмотрю. — наклонившись к девочке, Серёжа обратил внимание, что она достаточно сильно рассекла кожу на коленке. И лучше ей лишний раз не нагружать ногу вместе с суставом. Он набрал воздуха в грудь, и подхватил малышку на руки. Со всей серьезностью, присущей мужчине, пусть ещё и растущему, заявил. — Твой брат защитит тебя, не бойся, сестренка! — и широко улыбнувшись, показал все свои зубы, направляясь в сторону террасы дома, где у них располагалась аптечка как раз для таких случаев.

— Х-хорошо. — потупив взгляд, девочка поджала ноги, чтобы брату удобнее было её держать. И снова посмотрела на свои коленки, одна из которых у неё кровоточила. Пусть и отдаленно, но она ощущала как сильно билось её сердце, пока самый близкий для неё человек дрожал всем телом, стараясь нести свою сестру и не показывать насколько ему на самом деле тяжело. Сама того не понимая, но Рита прекратила плакать, поджав губы, она хотела быть сильной, похожей на брата, казавшегося во всей этой ситуации её героем. И никогда его не подводить.

— Серёжа, всё хорошо, опусти меня, я дойду до террасы сама. — твердо заявила девочка и серьезно посмотрела ему в глаза.

— Хорошо… — удивленно вскинулся сам мальчик. Он совсем не узнавал свою сестру, которая очень часто плакала, и могла расстроиться почти по любому поводу. Такое резкое преображение совсем не было ей свойственно. — Ты уверена, Марго? — На серьезный манер, произнес он, заглядывая в глаза девочке. — Тут ведь совсем не далеко, и я могу тебя донести, если тебе тяжело.

— Нет, Серёжа, уверена. Опусти меня, я уже взрослая, и могу справляться с трудностями. — нахмурив бровки, заявила эта малышка тоненьким голоском. Со всей серьезностью, какую только могла изобразить. А то, как обратился к ней Серёжа, даже несколько позволило ей гордо расправить плечи.