* * *

Псиарх издал такой чудовищный, высокочастотный рев, что у меня в глазах пару раз целиком померк свет. Тварь, все ещё получая энергию с другой стороны, соткала из плывущих энергетических нитей шар. Он бурлил, напоминая киношную плазму, вот только у нас все было по-настоящему.

Когда противник швырнул его в нас, все, что мог сейчас сделать, так это выставить перед собой руки, сформировав максимально толстый щит. Вот только давление было слишком велико, да и реакция подвела.

Взрыв, вместо обжигающего пламени, ментальным ударом разнес мою сосредоточенность и щит. Следом за этим пришла волна кинетического удара, упечатывающего меня в стену коридора. Да с такой силой, что я отчетливо услышал хруст собственных ребер под левой рукой. Грудь пронзила острая боль, а из легких в очередной раз выбило весь воздух, вынуждая меня кулем повалиться на пол, судорожно пытаясь сделать хотя бы один вдох.

Оставшаяся пара глумеров, почуяв слабость своих целей, одновременно прыгнули на меня с двух сторон, выставив свои хищные конечности.

— Уйди! — вымахнула из темноты Ирис.

Она перехватила одного из нападающих прямо в момент атаки, и приняла на блок его хлесткий удар. Было видно, как блеснула светящаяся жидкость из её руки, чем-то похожая на кровь, но другого цвета. Правда сама её обладательница даже не поморщилась, и использовала инерцию врага, с силой впечатала его головой в острый край выступа на стене. Черепушка глумера разлетелся с характерным влажным звуком.

Вот теперь мы были на три очка впереди.

Увы, четвертый глумер успел дотянуться до девушки. Его рука, скрутившись, выстрелила на короткой дистанции, и глубоко вошла ей в бедро, вынуждая наемницу осесть на пол глухо зарычав. Она попыталась контратаковать, но раненая нога подвела, и они оба покатились по полу в сторону, истекая телесным жидкостями.

Псиарх, решив что хватит ждать, медленно поплыл ко мне по воздуху. Его огромная, безликая маска, была повернута строго в мою сторону, как если бы тот пытался смотреть глаза в глаза. А небольшой разрез прямо посередине, в унисон с короной, начали разгораться все ярче и ярче, аккумулируя смертоносный заряд энергии, нацеленный выжечь мой мозг.

Я перекатился на бок, зажимая рукой сломанные ребра. Каждая новая попытка пошевелиться отзывалаась сильной вспышкой боли, но необходимо было двигаться.

— Алекс, соберись, ты ведь уже побеждал этих упырей! — в моей голове взволнованно прошептала Вейла. — Мы ведь с тобой уже столько прошли, вставай же!

— Не думал, что ты такая сентиментальная у меня. — прокашлявшись, наконец поднялся на ноги, формируя рядом пару игл, отправляя те в затылок глумеру. А под ладонями сделал два тугих огненных копья, чтобы было чем сражаться.