Не из тины, но из корней водных растений вполне можно! Рогоз. Камыш. Их полно в реках, озёрах, на болотах. Растут сами, не требуют ухода. В них достаточный процент содержания крахмала! Надо добывать эти корни, рубить их мелко, промывать холодной водой. Тогда получим взвесь крахмала. А крахмал температурой можно разложить до глюкозы. Простая химия. Доступная каждому.

Он представил себе мужиков с лопатами, баб с корзинами, детей, собирающих корни по берегам. Потом — чаны с водой, мешалки, печи. Да, необычно выглядит, и это еще мягко сказано.

«Да и кустарщина все это. Для массового производства нужен другой путь. Но для пробной партии сойдет и так. Главное наладить технологию».

Теперь целлюлоза. Её больше и с ней по легче будет. Её можно получить из тех же опилок, соломы, стружек, даже из старых газет. С помощью соляной кислоты высокой концентрации — тридцать девять — сорок один процент — целлюлозу можно разложить до глюкозы. Получится глюкозный сироп. Вполне питательный и дешёвый. А главное — доступный.

«И что же итоге получится? — вдруг подумал Иван Павлович. — Ну добуду я крахмал и глюкозу. Сиропы делать? Какие-то питательные концентраты? Или…»

Иван Павлович аж защелкал пальцами от внезапного озарения. Анна Львовна вновь зашевелилась.

«На смеси глюкозы и целлюлозы можно выращивать… грибы! Лучше всего — шампиньоны. Они растут быстро, не требуют света, дают много белка. И содержат полный набор аминокислот — всех двадцати, включая незаменимые. Грибы — это мясо без костей. Это „ремкомплект“ для миллионов!»

Дерзко? Дерзко! Но ведь вполне может сработать!

Иван Павлович представил подвалы, заставленные стеллажами с ящиками, в которых белеют шляпки грибов. Рабочих в белых халатах, собирающих урожай. Баб на рынках, продающих шампиньоны. А почему нет?

«Крахмал из рогоза. Глюкоза из опилок. Белок из грибов. Всё есть. Всё можно сделать. Вопрос — в организации».

Это первое, что можно сделать для борьбы с голодом. Не дожидаясь урожая, не надеясь на американскую помощь. Своими руками. Из того, что есть под ногами.

Иван Павлович дождался, пока жена заснет крепче, подошел к столу, взял карандаш и принялся накидывать план действий, который собирался показать уже завтра.

«А если точнее, то уже сегодня», — подумал Иван Павлович, глядя на часы, которые показывали полвторого ночи.

* * *

Не спалось.

Иван Павлович лежал на спине, глядя в потолок. Потом повернулся на правый бок — так обычно спал, свернувшись калачиком, но сегодня поза не приносила облегчения. Ребра давили на лёгкие, стало трудно дышать. Он снова перевернулся — на левый бок. Сердце забилось чаще, и он почувствовал, как кровь стучит в висках.