— Последний, — холодно добавил начальник милиции.

* * *

Пока в Зареченске Петраков и его люди готовили засаду в здании милиции, переставляли мебель, организовывали скрытые посты и дежурили у телефона в ожидании звонка от журналиста, Иван Павлович действовал на своем фронте.

Он собрал медицинский чемоданчик, запасы вакцины и, прихватив с собой в помощники окрепшего Романа Романыча и одного из красногвардейцев для охраны, отправился в село Ключ.

Дорога была ухабистой и долгой. Фаэтон подпрыгивал на колдобинах, и Иван Павлович то и дело придерживал драгоценный ящик с вакциной. Пейзаж за окном был унылым и тревожным: пожухлые поля, покинутые хутора, следы недавнего присутствия то ли бандитов, то ли мародерствующих дезертиров.

Ключ…

Сюда следовало ехать как можно скорее. И на то были причины.

Первая, и самая важная — вакцинация. С села уже начали приходить недобрые вести о том, что появляются больные. Нужно провести вакцинацию, пока не стало поздно.

А вторая цель — расспросы о броневике. Именно в сторону Ключа уехал необычный автомобиль Рябинина. Кто знает, может там и стоит? Хотя это вряд ли. Но следы поискать стоит. Возможно удастся найти какую-то ниточку.

Иван Павлович начал с самого очевидного — с председателя местного совета и фельдшера.

— Броневик? — председатель, мужик с проседью в бороде и умными, уставшими глазами, помотал головой. — Нет, Иван Палыч, не видели. Слышали, конечно, что грохочет что-то по большаку, да кто его разберет? То ли грузовик, то ли… Нынче всякое бывает. Да не до того было — болезнь, Иван Павлович, у нас эта. Вы бы глянули.

— Обязательно гляну. Пошли.

Провели осмотр, дали рекомендации. Потом принялись обходить людей — делали вакцинацию, а заодно и как бы между делом расспрашивали.

Удача улыбнулась им у самого выхода из села, у ветхой кузницы. Старый кузнец, гигант с обожженными руками, на вопрос о броневой машине задумался, а потом хлопнул себя по лбу.

— А ведь было дело! Шум, грохот. Я тогда как раз подкову правил для мерина-то Листратыча. Выглянул — а оно, железное чудище, на краю села стоит, мотор тарахтит. Не нашу улицу, дальше, к старой мельнице. Ух, сколько в нем железа! На сотню коней хватит подковать!

— К мельнице? — Иван Павлович насторожился. — А потом?

— А потом… Потом притух мотор. Минут на пятнадцать. И укатило. И больше не видел.

Старая мельница. Заброшенная, на отшибе, у небольшой речушки, которая впадала в их главную реку. Идеальное укрытие.

«А ведь оттуда удобно и до артели Михаила ходить — только по лесу пройтись, выйти на пригорок — и уже у кладбища».