— Верно, — кивнул Артем. — Удивительно, не правда ли?

— Что?

— Опять встретились. Кто бы мог подумать? Думаю, это знак. Значит все получится.

— Что получится?

— Задуманное… — пространно ответил Артем.

И скривился — нахлынула боль.

— Тебя подстрелили. Опять…

— Ага… Иван Павлович, ты… — и не договорил, обмяк и затих.

— Глафира! Сюда!

Помощница пришла только что и Иван Павлович слышал, как она тщательно намывает руки, перед тем, как приступить к дежурству. Молодец, санитарные вопросы выучила хорошо. Но сейчас нужно поспешить.

— Глафира!..

— Тут я! — она уже стояла в дверях. — Что это? Ранение? На операцию?

— Верно. Подготовь все.

* * *

Операция прошла успешно. Аглая научила Глафиру многому и та довольно ловко и умело помогала. Пулевое ранение, которое товарищ Артем получил в ногу, удалось залатать. Кость не задета, но вот мышцы… хромать еще долго будет товарищ Артем. Как бы на всю оставшуюся жизнь эта хромота не осталась бы.

Иван Павлович поставил пациенту обезболивающее и велел Глафире следить за Артемом. Также осторожно намекнул, чтобы девушка никому особо не распространялась о нового прибывшем. Глафира понимающе кивнула.

Иван Павлович вернулся в «Гранд-Отель» уже ближе к полуночи. Зашел в знакомый уже номер, но Анну Львовну застал спящей. Сказывался напряженный график работы у девушки.

— Не успел! — грустно выдохнул он, скидывая одежду и ложась рядом.

Анна Львовна завошкалась, что-то сквозь сон произнесла, но доктор ее уже не слышал — уже спал сам.

* * *

Аристотель явился на следующее утро. Переодетый в какого-то бродягу, пахнувший так же, он нашел Ивана Павловича у бывшего трактира. Воровато свистнув, окликнул:

— Иван Павлович!

Доктор обернулся, но не сразу признал Субботина.

— Барин, мелочи не найдется?

— У меня… Аристотель, ты что ли?

— Ну! — улыбнулся тот.

— Ну вырядился!

— Конспирация! Правда здорово?

— Был у нас тут один, театр создал… так вот тебе бы туда!

— Театр? — наморщил нос Аристотель. — Нет, не мое. Иван Павлович, есть минутка? Поговорить бы.

— Пошли, — доктор отвел его чуть в сторонку. — Говори. Впрочем, догадываюсь о чем ты хочешь со мной поговорить. Товарищ Артем?

— Он самый, — кивнул Аристотель. — Времена нынче, Иван Павлович, сами видите какие. Каждый день все меняется. Политическая обстановка… ох, и сам порой не успевают следить за ней! В городе неспокойно стало. Впрочем, было ли там когда-то спокойно? — Аристотель усмехнулся. — Рабочие и часть солдат защищают Совет. Нам пришлось в подполье уйти. Но это временно! Как только поймут все что к чему, так и мы выйдем. Надо только подождать. Поэтому… Товарищу Артему бы отсидеться. Совсем немного — пока шумиха поутихнет. Сможете помочь, Иван Павлович?