Я мгновенно переключился. «Глаз» — наш самый дальний пост на подступах к прииску. Если они шлют срочную, значит, дела плохи. Демидов? Опять наемники?

Я пробежал глазами по расшифровке.

«Движение по тракту. Группа пеших. Пятнадцать-семнадцать человек. Идут к нам. Вооружения не видно, но одеты не по-нашему. Городские.»

Я нахмурился. Пятнадцать человек. Городские. Пешком по зимнему тракту? Это безумие. Тут волки, морозы, да и просто расстояния такие, что без саней смерть.

— Может, диверсанты? — предположил Игнат, неслышно возникший в дверях. Он всегда появлялся, когда пахло жареным. — Переоделись под бродяг, чтоб ближе подобраться?

— Многовато для диверсантов, — покачал я головой. — И идут открыто, раз «Глаз» их заметил. Диверсанты бы лесом ползли.

— Запроси уточнение, — приказал я Ане. — Пусть парни на посту остановят их. Но аккуратно. Держут на прицеле, но не стреляют. Пусть спросят, кто такие и какого лешего им надо в моих владениях.

Аня кивнула и убежала в радиорубку.

Минуты тянулись тягуче, как остывающая смола. Я барабанил пальцами по столу. Пятнадцать человек… Кто это может быть? Ревизия? Нет, те бы с помпой ехали, на тройках. Сектанты? Беглые?

Аня вернулась через десять минут. Лицо у неё было странное — смесь удивления и недоверия.

— Андрей Петрович, с «Глаза» передают… — она запнулась, глядя в листок. — Они говорят, что эти люди утверждают, будто идут к тебе. На работу. Говорят, что Воронов их сам пригласил.

Я замер. Взгляд упал на россыпь писем на столе.

— Степан, — медленно произнес я. — Когда ты отправил те, первые запросы?

— Месяц назад, Андрей Петрович. С первой оказией.

— Месяц… Письмо до столицы, там поиск, сборы, дорога сюда…

Я вскочил со стула.

— Е* твою медь! Это же они!

— Кто? — не понял Игнат.

— Инженеры! Химики! Эти сумасшедшие ученые! Не все стали писать ответы! Часть просто собрались и поехали! Пешком! Зимой!

Я представил эту картину. Полтора десятка столичных интеллигентов бредущих по уральской тайге, ведомые только надеждой на работу.

— Игнат! — гаркнул я так, что задрожали стекла. — Есаула ко мне! Срочно!

Савельев влетел через минуту, на ходу застегивая портупею.

— Беда, Андрей Петрович?

— Беда будет, если мы их заморозим! Ефим Григорьевич, бери сани! Трое розвальней, нет, четверо! Тулупы бери, запасные, все, что найдешь! Водки, горячего сбитня в термосах!

— Куда едем-то?

— На встречу! К посту «Глаз»! Там люди идут, наши люди! Головы светлые, но к тайге не привычные. Если они еще час по этому морозу пройдут — мы привезем трупы, а не инженеров! Гони во весь опор! Встретить, обогреть, налить, укутать и доставить сюда в лучшем виде! Как хрустальную вазу везти! Понял⁈