— Это… что? — пролепетал урядник, с опаской косясь на печь.

— Печь, Анисим Захарович. Усовершенствованной конструкции, — с удовольствием пояснил я. — Работает по-белому, не чадит. И позволяет готовить пищу, не рискуя отравиться угаром. Гигиена — основа здоровья, не так ли, господин Аникеев?

Чиновник ничего не ответил. Он водил глазами по ровным стенам, по чисто выметенному полу, по длинному столу, на котором не было ни крошки. Затем его взгляд упал на глиняные трубы, уходящие из зала в стены.

— А это еще что за выдумки?

— Центральное отопление, — небрежно бросил я. — Чтобы люди спали в тепле и не хворали. Здоровый работник — производительный работник. Простая экономика.

Я видел, как на лице Аникеева борется жадность с недоумением. Он смотрел на все это, как дикарь на паровоз, понимая, что перед ним нечто ценное, но не в силах осознать принцип его работы.

Дальше — больше. Я провел его по комнатам-клетям, где у каждого артельщика была своя лавка, застеленная свежим лапником. Показал склад, где в мешках, с аккуратными бирками, которые каллиграфически вывел Степан, хранились крупа, мука и соль.

— Порядок, как в аптеке, — процедил сквозь зубы Арсений Семенович, и это был единственный комментарий, который он себе позволил.

Финальным аккордом экскурсии стало отхожее место. Я с гордостью продемонстрировал им глубокую яму, обнесенную тонкими жердями, с плотно пригнанной дверью и даже вырезанным в ней сердечком — маленькая шутка, которую я себе позволил, а Петруха сделал.

— Отхожее место, — торжественно объявил я. — Расположено ниже по склону от источника воды, как того требуют санитарные нормы. Предотвращает распространение болезней. У нас за месяц — ни одного случая живота не было.

Урядник посмотрел на это чудо инженерной мысли, потом на меня, и в его глазах я прочел суеверный ужас. Чистый туалет, очевидно, пугал его больше, чем вооруженные люди.

Аникеев молчал. Его лицо становилось все мрачнее. Он лихорадочно листал бумаги, которые ему вручил Степан, но и там не находил спасения. Устав, реестр, ведомости — все было безупречно. Он пришел искать бандитское логово, а нашел образцово-показательное хозяйство, которому позавидовал бы любой немец-колонист. Его план трещал по швам.

— Довольно! — наконец не выдержал он, захлопывая папку. — Хватит мне свои хоромы показывать! Меня интересует не то, как вы тут живете, а как вы золото добываете! Ведите к ручью! Показывайте свою колдовскую колоду!

Он нашел, за что зацепиться. Технология. То, чего не было в бумагах. Его последняя надежда.

— С удовольствием, — кивнул я. — Прошу за мной.