Я резко встал, едва не ударившись ногой о парту. В университете шла лекция по высшей математике, которую читал тот самый странноватый Игорь Михайлович. Я держал под столом книгу Матвея, в которой рассказывалось о создании временного симулятора, и еще раз внимательно перечитывал подчеркнутые им места. Не знаю, почему, но я был уверен, что пометки сделал именно он.

— Что Вы держите за спиной? — ледяным тоном спросил Игорь Михайлович.

Застигнутый врасплох, я молчал. Последний раз так со мной разговаривал отец, когда застукал с сигаретами.

— Я в последний раз спрашиваю: что у Вас там? Не заставляйте меня отнимать у Вас книгу силой.

Валька по давней привычке опять весьма доходчиво пихнул меня в бок: мол, отдай, а то хуже будет. Так он делал всякий раз, когда я впадал в ступор. Пауза неловко затянулась. В конце концов я вздохнул и покорно отдал книгу Игорю Михайловичу, как когда-то в школе — найденную пачку «Винстона» папе. Неужели заберет насовсем? Кстати, в детстве я тоже переживал не из-за возможных подзатыльников, а из-за того, что папа заберет всю пачку. Отец и правда ее забрал, но выкинул тут же. «Чтобы ты не считал, что я тебя обворовал», — сказал он тогда.

— Понятно, — вздохнул Игорь Михайлович, пролистав книгу. — До сессии еще далеко, а лекцию про ряды Фурье слушать скучно. Решили расслабиться и почитать фантастику, молодой человек? Рановато, я Вам скажу.

Игорь Михайлович отнес мою книгу себе на стол и, как ни в чем не бывало, продолжал дальше читать монотонную лекцию. Я плюхнулся обратно на место.

— Ну все, брат, — сказал шепотом Валька. — Попрощайся со своей книгой.

— Она не мо… — я опять чуть не сболтнул лишнее. Ну конечно, книга не моя, а Матвея Ремизова. Но пока я существую в его теле, она — моя.

— Да что ты врешь? Я уже полгода ее каждый день у тебя на полке вижу, — начал было Валька громким шепотом, но, увидев строгий взгляд профессора, осекся и замолчал, уткнувшись в свою тетрадку.

— Колесников, Грибальский, Потапов — я жду ваши лабораторные, — взглянув на часы, вдруг сказал Игорь Михайлович. — На сегодня все. А Ремизов к следующей лекции подготовит нам подробный пересказ книги, которую он сегодня читал.

Я снова покраснел и уже приготовился выслушивать обличения, но мой публичный позор прервал раздавшийся вдруг звонок. Студенты похватали со стола конспекты, сумки и побежали к выходу. Заканчивалась вторая пара, а после нее как раз уже начинали давать обед в столовой. Многие торопились — после обеда еще нужно было успеть покурить во дворике и пообщаться с друзьями из других групп. Я вышел из аудитории вслед за Валькой. Он расстроенно говорил про то, что вместо свидания вечером ему придется делать лабораторку.