Я кивнул. Что ж, делать нечего. Кажется, я буду единственным человеком на земле, которому выпал шанс в жизни второй раз справить двадцатилетие. И поскольку завтра у меня выходной, а к разработке симулятора я вернусь только в понедельник, я твердо решил отпраздновать этот день так, как хочу. А я вот из своей юности помню только, как на двадцать лет родители свозили меня в Египет… Нарядивший в костюм, я покорно поднимал бокал с ненавистным мне пузыристым шампанским и слушал мамины речи о том, какой я взрослый. Ни тебе песен под гитару, ни пьяного купания в фонтане, ни походов за добавкой горячительного в круглосуточный… Изнеженный я человек… Ни в армии не был, ни в общаге толком не жил. Последние пару недель не считаются. Мое пребывание здесь — просто эксперимент.

* * *

К семи часам следующего дня почти все было готово. Мы взяли у Леньки в комнате еще один стол, придвинули к нашему, накрыли скатертью, одолженной у девчонок, и поставили нехитрую закуску: маринованные грибы, взятые из Ленькиных запасов, вареная картошка, щедро посыпанная зеленым луком и сдобренная растительным маслом, жареная курица, овощные салаты… Как я невзначай успел выяснить у парней, подарки в общаге было дарить не принято — просто приносили к столу, кто что мог. Ближе к началу торжества Валька побежал вниз, встречать Тамару — ее привез отец, который куда-то ехал по делам мимо общежития. Та по своему обыкновению, вплыла в комнату, аки царица, протянула мне нежную длань, поздравила и протянула торт «Дамский каприз» в коробке. Валька дал мне пять свободной рукой и крепко обнял. Все, кажется, товарищ был надежно пристроен.

— От нас двоих, — поспешила уточнить она, по привычке крепко держа Вальку за руку. Видать, студенческая свадьба и правда не за горами.

— А как тебя пустили? — опешил я. Насколько я успел узнать, строгая вахтерша не пускала никого из посторонних.

— Папа с ней договорился, — улыбнулась Тамара, нежно прижимаясь к своему суженому. — Да вы не переживайте, в одиннадцать он за мной заедет. И вот, — она зачем-то достала из-под легкого, явно не в СССР пошитого пальто моток крепкой веревки. — Не знаю, зачем, но Валя сказал, Вам нужно.

Я непонимающе посмотрел на приятеля.

— В первый раз, что ли? — бормотнул он, отодвинул меня и подошел к окну. — Э, парни, вы тут?

Я высунулся из окна вслед за Валькой. Под окном общаги стояли двое крепких ребят. Я не запомнил, как их зовут — они подменяли нас в магазинчике у Арсена, когда мы не могли работать. В руках у них были две огромных авоськи, и я, кажется, догадался, с чем. Валька кинул им один конец веревки, другой крепко держа в руках. Один из парней крепко привязал брошенный конец веревки к авоське, и крепкий жилистый Валька легко втянул нелегкий груз в комнату.