Поразмышляв несколько мгновений, бросавль мотнул башкой и отступил на шаг, стараясь сохранить максимальное достоинство. Все-таки он был сыт и драться на полный желудок с этим костяным пугалом не собирался.

Отогнав конкурента от своей добычи, косец снова обратил все внимание на людей, перепуганно сбившихся в кучку у запертых ворот павильона. Из его носовых щелей донеслось отвратительное шипение. Он начал медленно распрямляться, покачивая передними лапами, чуть пружиня на задних. «Стиль богомола, — мелькнуло в голове у Сименса, который неоднократно видел подобную стойку у спарринг-партнеров в тренировочном зале. — Сейчас атакует…» У него не было никаких идей, каким образом остановить натиск огромного чудовища. Единственной мыслью, навеянной схожестью атакующей позы косца и боевой стойкой тренированного кунфуиста, было поставить смертоносным косам глухой блок, отбить удар и мгновенной подсечкой сбить противника с ног — в момент атаки он выпрямится во весь рост, чтобы нанести сокрушительный удар сверху всей массой, и его центр тяжести окажется слишком высоко, чтобы он смог надежно удерживать равновесие. Однако вместе с тем Джебедайя отчетливо понимал, что огромные зазубренные тесаки передних конечностей хищника просто разрубят его блок, словно мясницкие топоры. Только что он уже наблюдал, с какой легкостью они рассекают человеческие кости.

Между тем бросавль, отступив еще на шаг, соизволил огрызнуться в полный голос. Косец чувствительно унизил его, лишив добычи, поэтому следовало дать нахалу понять, что бросавль вовсе не струсил и не признал первенство противника, просто ему лень сражаться на сытый желудок. Косец снова резко развернулся, еще выше вздернув свои уродливые косы, и замер в полуприседе, покачиваясь на задних лапах, словно на автомобильных рессорах: что, желаешь попробовать, тварь⁈

Бросавль пробовать не пожелал и снова попятился. А вот Сименсу терять было нечего, поэтому попробовал он, воспользовавшись тем, что противник отвлекся. Рефлексы опытного бойца сработали автоматически — более подходящей ситуации он уже не дождался бы. В два прыжка одолев полдюжины метров, отделявших его от косца, Джебедайя рыбкой бросился на спину хищнику, с силой вонзив ладони в дыхательные щели по бокам его головы.

Двухметровый гигант рывком распрямился во весь рост, нелепо взмахнув в воздухе зазубренными саблями. Бросавль ощетинился и припал к полу, прижав уши, однако угрожающее движение огромного богомола было адресовано не ему. Косец завертелся на месте, пытаясь сбросить со спины человека, который причинял ему дикую боль. Оглушительное верещание и басовый клекот рептилии заполнили павильон, и тут же со всех сторон ей ответили ревом, воплями и клокотанием другие монстры. Однако напрасно каждый из них воображал себя самым страшным ночным кошмаром. Среди них был человек-охотник — виртуозный убийца, король чудовищ, способный справиться с самым грозным хищником. У него не было мощных клыков и острых когтей, он не обладал огромной массой и горой мышц, но у него имелось самое разрушительное оружие, которого были лишены все эти безмозглые твари, — холодный и отточенный разум, безупречное умение рассчитывать свои действия на ход вперед.