— Но это может на сутки парализовать пассажирское сообщение со спутниковым поясом…

— Мне плевать. Кажется, сегодня я уже достаточно слушал твои возражения. Прикажи немедленно подать мой шаттл и распорядись, чтобы подготовку к торжественному приему перенесли в орбитальный дворец. Если ты скажешь еще хоть слово, я рассержусь.

Шариф молча поклонился и беззвучно вышел из зала.

— Мой драгоценный друг! — Абдельмаджид повернулся к Джебедайе. — Ты летишь со мной. Я покажу тебе, как веселятся саудовские монархи. Здесь, на этой планете, слишком много глупых церемониальных условностей, которые цепями стягивают мое эго. Я всегда завидовал вам, американцам: у вас можно вести себя как последняя свинья, и никто не скажет тебе, что это-де недостойно главы государства с тысячелетней историей. Пошли переодеваться, — он подтолкнул Сименса к одному из выходов, — и через час вылетаем.

Однако в коридоре дорогу им заступил глава «Аламута» Адиль Азулай.

— С благополучным возвращением, Ваше Величество, — ласково произнес он, старательно глядя мимо Сименса.

— Благодарю, мой верный Адиль. Ты мешаешь нам пройти.

— Я нижайше прошу вас зайти ко мне в кабинет, Ваше Величество.

— В другой раз. Нам некогда.

— Я не отниму у вас много времени. Всего пара минут. — Не дожидаясь ответа, министр повернулся и скрылся за дверью.

Монарх досадливо закусил губу. Сименс деликатно смотрел в сторону.

— Ладно, — нехотя проговорил наконец Абдельмаджид. — Ступай в мои покои, дружище, а я сейчас приду. Только решу одно дело государственной важности.

Проводив взглядом удаляющегося Джебедайю, он поморщился и вошел в кабинет Азулая.

Тот ждал его, стоя у огромного панорамного окна и заложив руки за спину.

— Что вы себе позволяете, любезный монарх? — холодно поинтересовался глава «Аламута». От его елейного тона не осталось и следа, теперь это был тон жесткий, требовательный, хозяйский.

— Брось, мой добрый Адиль, — благодушно произнес монарх, опускаясь в кресло. — Телохранитель был виноват сам.

— Я не о телохранителе, — прошипел Азулай. — Хотя этот поступок тоже едва ли поможет вам пройти по священному мосту ас-Сират после смерти. Меня сейчас интересует другое. Для чего вообще было нужно это ребячество с охотой на стаю цефеидов⁈

— Иблис, — буркнул Абдельмаджид. Сейчас он больше походил на провинившегося школьника, чем на монарха. — Меня окружают шпионы и предатели.

— Если король ведет себя как малое дитя, его просто необходимо окружить няньками, — ядовито пояснил Азулай. — Не забывайте, Ваше Величество, что вы рискуете не только собственной жизнью. Очень большие люди Галактики связывают с вами свои надежды, и если вы и дальше будете столь нелепо рисковать, они могут найти и другого владыку, который будет соблюдать их финансовые интересы.