Они поднялись по крутой и грязной винтовой лестнице, которая металлически погромыхивала под ногами, миновали длинную бетонную галерею, едва освещенную тусклым светом электрических лампочек, и оказались перед еще одной охраняемой железной дверью, которую также миновали без особого труда, поскольку госпожа Дахаб прекрасно знала все необходимые пароли. Из-за двери глухо доносились ритмические удары какой-то современной музыки. Затем коридор пару раз вильнул и внезапно вывел их в обширное помещение, оформленное в стиле американского ночного клуба.
В полутьме виднелись полторы дюжины низких резных столиков для посетителей. Стульев или кресел нигде не было, зато возле каждого столика были грудой навалены диванные подушки, квадратные и прямоугольные, из которых посетители могли соорудить себе сиденье или ложе по вкусу. В зале было человек сорок, которые либо возлежали за столиками, либо толкались на небольшом танцполе.
Уловив тонкий неприятный запах, витавший по залу, Сименс чуть заметно пожал плечами. Похоже, новая подруга притащила его в наркопритон, которые попустительством короля Абдельмаджида расплодились в столице, как грибы после дождя. Довольно богатый и пафосный, но наркопритон.
До прибытия на Панеконт мистер Сименс подробно изучил сложившуюся здесь ситуацию. На самом деле монарх был весьма обеспокоен резко сократившимся в результате его неумелой экономической деятельности потоком финансовых поступлений. Поэтому он решил пойти на то, на что его отец не пошел бы никогда в жизни. А именно — закрыл глаза на торговлю наркотиками и рабами.
Это принесло невиданный рост доходов. Поток туристов также возрос, хотя его структура заметно изменилась. Вместо прежних благопристойных курортников сюда во множестве устремились дельцы всех мастей и порочные толстосумы, которые с удовольствием отрывались по полной, наплевав на любые запреты.
При этом новый монарх подтвердил все привилегии в торговле, которыми до сего момента пользовались американцы. И даже снизил арендную плату, которую те выплачивали за пребывание в системе Панеконта их военной базы, до символической суммы в один доллар. Так что американское правительство, которому не очень нравилось то, что Аль-Сауди понемногу становится крупнейшей перевалочной базой наркотиков, под давлением мощного лобби транспортных компаний даже вынуждено было защищать Абдельмаджида от скандалов, время от времени раздуваемых свободной прессой.
Однако, по большому счету, такой прагматизм со стороны американцев себя не оправдывал. Мощный поток наркотиков вскоре потек в сторону самих Соединенных Миров. А для перевалки и безопасной доставки наркотиков была завербована целая сеть военных на американской базе в Аль-Сауди, выкорчевать которую никак не удавалось. Направляемые сюда агенты национальной безопасности либо ничего не находили (видимо, вняв недвусмысленным предупреждениям и щедрым взяткам), либо их самих больше никто не находил. Попытки сменить командование базы также ни к чему не привели. Из трех новых командующих один погиб после нелепой аварии в отсеке принадлежащего базе орбитального комплекса, а армейский катер второго по непонятным причинам аварийно разгерметизировался во время инспекционного полета к спутниковому поясу, что также привело к гибели находившихся на борту нового начальника местной контрразведки и нового военного прокурора округа. Третий командующий остался в живых, но при нем абсолютно ничего не изменилось.