— Эй, кто из вас Пауль Зильбер? — спросил он.

Я тут же поднял руку.

— Я так и думал, — сказал летчик, подходя ко мне. — Давай-ка, парень, бросай эти макаронные дела и пошли, капитан Швальбе угостит тебя настоящей немецкой едой.

Точно! Швальбе! Ласточка по-немецки — дер Швальбе.

Я посмотрел на Аксельбаума, но тот, видимо, уже разглядел капитанские петлицы на летчике и просто кивнул.

Транспортник «Юнкерс-52» с изображением летящей ласточки на борту стоял в самом конце аэродрома у леса. В лесу на полянке был устроен раскладной столик, заставленный красивыми бутылками с яркими этикетками. В центре стола стояло блюдо с жареным поросенком. Ушки у него были завернуты фольгой. За столом сидели два офицера — лейтенант и обер лейтенант, видимо, остальной экипаж данной «Ласточки».

— Это чтобы не подгорели, — объяснил капитан, кивая на поросенка и указывая мне на складной стульчик. Сам же снял куртку и сполоснул руки под умывальником, прибитым к дереву.

— Здесь в Милане есть один приличный немецкий ресторан. Повар — немец из Гамбурга, готовит специально для нас. Потому что я их пасту и оливковое масло видеть уже не могу. Всего месяц я здесь, а эти оливы у меня уже в печенках. Они льют его куда только можно! Даже в майонез! Представляешь⁈

Капитан сел за стол, выбрал бутылку и плеснул себе в стакан коньяку. Мне налил в бокал из большого кувшина белого вина и положил на тарелку приличный кусок поросятины.

— Вино здесь хорошее, это да, — сказал капитан, выпив. — Все остальное никуда не годится. Да и сами макаронники… Все какие-то вялые, работаю вяло, словно не выспались. Оживляются только когда болтают. Вот тут за ними не угнаться.

Эрик смешно изобразил руками, как болтают итальянцы, потом посмотрел на свой экипаж, спохватился:

— Вот друзья, это и есть тот самый парень, про которого я вам говорил. Ну помните, когда я чуть было не врезался в виноградники с этим чертовым отпрыском князей или графеьв… Парень каким-то чудом влез мне в голову и так рванул штурвал… Словно всю жизнь только и летал на истребителях. И главное, Эмма мне все это дело в письме написала! Все до мельчайших подробностей! И приходится ей верить. Раньше я над ее штучками только посмеивался. Надо же такое придумать, девушки со сверхспособностями! Но что вы думаете… Там одна ее пансионерка гадает. На картах, по кофейным пятнам, по руке. Вот я ее и попросил погадать, чтобы она подсказала, кого из вас, проходимцев, мне выбрать в качестве шафера на свадьбу. Разложила она карты и головой качает. Говорил: «Не торопитесь, свадьбы не будет». Как не будет? Мы с Эммой уже дату назначили, приглашения приготовили. А она: «Нет, не будет». Ну мы просто посмеялись, а утром бац — приказ! Лететь сюда. Получите — распишитесь, как говорят русские.