Лихо! Такого я не ожидал!
Глава 13 Новые порядки
Тем временем кукурузники сделали разворот, в последний раз прошлись длинными очередями по выстроенным в рядок самолетам и улетели в ту же сторону, откуда появились. И летели опять так же низко, почти касаясь колесами верхушек деревьев. Им вслед запоздало застрочил счетверенный пулемет. Без особого эффекта.
Доктор Вебер, совершенно бледный, потерявший шляпу, метался меж нами, ощупывал, заглядывал в глаза. И постоянно спрашивал:
— Цел? Ты цел? Где болит?
Нигде ничего не болело. Все были целы и здоровы. Разве что немного испуганы. Я совершенно офигевший осмотрел на место не случившейся пресс-конференции. Ветерок быстро сдувал дым в сторону, картина открывалась неприглядная. Стол был перевернут, лавки тоже валялись в художественном беспорядке. Упавшие люди откашливались и поднимались на ноги, какой-то журналюга стоял на коленях и рыдал над разбитой кинокамерой. Рядом с ним валялся кружевной дамский зонтик — от солнца.
И тут я увидел Лингарда. Тот стоял над противовоздушной щелью около диспетчерской и смотрел вниз. Думаю, его очень удивило, что в окопе вместо пленного русского летчика валяются два вырубленных до бесчувствия фалангиста. Причем один — с голым торсом. И советская гимнастерка, наброшенная ему на голову — слабое тому утешение.
Лингар повернулся, я проследил за его взглядом. Он смотрел на грузовик с мороженым. Взрывом его перевернуло набок. Очень точное попадание — аккурат под колеса. Будка была смята, но из нее выбирались какие-то люди в синих рубашках. С виду — вполне себе целые. Хоть и далековато было, но я разглядел их белесые глаза. Значит, у Лингарда получилось получить новый «бессмертный взвод». Уже на основе местного материала. А как же быть с вопросом превосходства арийской нации?
Лингард повернулся к подбежавшему Швабе. Даже отсюда я расслышал его истошный крик:
— Аэродром оцепить. Прочесать все! Он здесь! Он не должен уйти!
В смысле военных команд немецкий язык очень подходящий. Швабе вытянулся и указал здоровой рукой на фургон с мороженым. Видимо, спросил, что делать с его содержимым?
— Посадить всех в автобус, отвести в город, и загнать в холодильник, тупица! — скомандовал Лингард, указав на наш автобус.
Видно, домой нам придется возвращаться пешком, подумал я.
На аэродроме нам пришлось сидеть довольно долго. Журналистов увезли, а мы сидели в теньке под теми же березками и наблюдали, как на аэродром прибывают очередные грузовики с солдатами для прочесывания местности. Сам аэродром прочесали уже трижды, никого не нашли. Случайно пристрелили одного солдата, который отлучился в апельсиновую рощу по большой нужде. Сидел под деревом, делал свое дело, приказали поднять руки, а он — за штаны. Вот и спутали с беглецом, шмальнули. Списали на боевые потери.