— Ты что… ревнуешь, что ли? — хохотнул я.

— Ни в коем разе. Я книга и мне неведомы людские эмоции и чувства.

— Тогда дай мне сосредоточиться.

Я снова сконцентрировался и потянулся энергией к книге, ища отклика.

* * *

Часы в холле особняка Громова гулко отбили половину девятого вечера. За высокими окнами гостиной сгущалась плотная южная темнота, а со стороны моря доносился едва уловимый, мерный гул прибоя. В доме было тепло и непривычно тихо.

Алиса Бенуа сидела на мягком диване, поджав под себя ноги. Перед ней на низком журнальном столике светился экран раскрытого ноутбука. Девушка быстро перебирала пальцами по тачпаду, просматривая сайты авиакомпаний и агрегаторов билетов. Рыжие волосы были небрежно собраны в пучок, а на кончике носа красовалось небольшое пятнышко от машинного масла — след сегодняшней напряженной смены на возрожденной верфи, которое она так и не смыла до конца.

С кухни, расположенной по коридору налево, доносился уютный звон посуды и шум закипающего электрического чайника. Лидия Морозова, переодевшаяся в домашний спортивный костюм, хозяйничала у плиты.

— Лидия! — крикнула Алиса, не отрывая взгляда от монитора, где загружалась страница с вариантами маршрутов на ближайшие сутки. — Билеты есть на завтра на 4 утра. Я заказываю?

Шум воды на кухне на секунду стих.

— Заказывай, конечно, — ровным голосом ответила Лидия, доставая с полки две объемные керамические кружки.

— Хорошо! — бодро отозвалась рыжая, ее пальцы быстро забегали по клавиатуре, заполняя паспортные данные в форме бронирования. — Беру билеты на первый утренний паром через пролив. А на материке уже сразу пересядем на экспресс до Москвы. Так будет быстрее всего.

На кухне Лидия бросила в кружки щепотку крупнолистового черного чая, залила кипятком и, глядя, как темные чаинки медленно оседают на дно, тихо, так чтобы не услышала подруга, добавила:

— Как будто у нас есть выбор, — буркнула она сама себе под нос, скрестив руки на груди и опираясь поясницей о край кухонной тумбы.

С одной стороны, новость о том, что Громов нашел способ разорвать эту проклятую магическую привязку, принесла колоссальное облегчение. Жить с постоянным ощущением невидимого поводка на шее, вздрагивая от каждого непонятного покалывания в груди, когда Виктор находился за тысячу километров, было невыносимо.

С другой стороны, эта внезапная, экстренная поездка в столицу рушила все ее тщательно выстроенные планы. Лидия только-только начала втягиваться в частную практику под руководством Воронцовой в городском морге. Медицина, логичная и структурированная, давала ей опору. А внезапно пробудившийся дар криомантии требовал постоянного контроля и тренировок, чтобы случайно не заморозить чашку с чаем или не покрыть инеем дверную ручку в порыве раздражения. И теперь все это приходилось бросать и мчаться по первому зову Виктора в неизвестность.