Я нахмурился, уловив неуверенность в ее формулировке. Для агента Особого Отдела МВД, привыкшего оперировать точными фактами, это звучало нехарактерно.

— Кажется? — с легким удивлением переспросил я. Усевшись на кровати, я прислонился спиной к прохладному изголовью. — Слушай, я ни в коем случае не хочу подвергать твою компетентность сомнениям, но в делах, которые касаются разрыва магических связей и душ, слово «кажется» меня немного напрягает.

— Громов, — серьезно, без тени привычной иронии ответила Шая. На заднем фоне я услышал шелест плотных бумажных страниц — видимо, она листала свои заметки. — Я сказала так, потому что это исконно эльфийская речь. Древняя эльфийская речь. Это не просто другой язык, это другой способ мышления. Это как читать иероглифы древних времен, понимаешь? Я их хорошо понимаю, это заложено в нашей генетике, в самом нашем сознании. Но иногда можно понимать, что именно значит конкретный символ, но не осознавать до конца всю глубину заложенного в него концепта. Это тяжело передать словами. Я даже не смогу произнести некоторые термины вслух на человеческом языке, потому что в нем просто нет подходящих аналогов.

Я потер переносицу.

— То есть, инструкция есть, но она написана языком метафор и многомерных понятий?

— Грубо говоря, да, — выдохнула она в трубку. — Но я разобрала структуру. Я понимаю механику процесса. В общем, сам ритуал я провести могу, но… есть некоторые нюансы.

Я криво усмехнулся в темноту комнаты.

Куда же без них. Нюансы. Вся моя жизнь с тех пор, как я очнулся в теле Виктора Громова посреди мелового круга, состояла из сплошных смертельно опасных нюансов. Магия не бывает простой и бесплатной. Я это усвоил слишком хорошо.

— Какие? — сухо спросил я, готовясь к худшему.

Шая замолчала. Молчание затягивалось. Я слышал только ее ровное дыхание в динамике.

— Скажи мне прямо, Виктор, — наконец произнесла она, тщательно подбирая слова. — За последнее время… ты не замечал за собой что-нибудь странное?

— Я вижу души мертвых людей и могу убивать касанием мысли. Вся моя жизнь сейчас — сплошная странность, — попытался отшутиться я, но голос Шаи оставался пугающе серьезным.

— Я не об этом. Я имею в виду… внутри себя или рядом с собой. Какие-нибудь живые тени? Искажения пространства? Что-то, что существует само по себе, но связано с тобой?

Я задумался, машинально прокручивая в памяти последние недели.

— Нет, — твердо ответил я. — Никаких шевелящихся сгустков тьмы вокруг меня не было. Никаких полтергейстов, голосов в голове или отделяющихся теней. Я полностью контролирую свое состояние.