— Жив, — коротко бросил он, скорее самому себе, чем нам.

Кира подошла и молча протянула ему лечебное зелье. Он кивнул в знак благодарности и осушил флакон.

Мы победили. Но не ощущалось как победа. Похоже на выживание в авиакатастрофе — ты рад, что жив, но вокруг лишь обломки и осознание того, насколько близко ты был к концу.

Вы победили [Мутирующий Слизень Плоти]!

Получен опыт: 8500

Получен новый уровень.

Получен предмет: [Нестабильная эктоплазма] ×5

Получен предмет: [Сердце Аберрации] ×1

Получен предмет: [Мастер-ключ] (Качество: Эпическое)

Получен предмет: [Наручи забытого стража] (Качество: Зеленое)

Опыт щедро посыпался на нас, поднимая уровни и восстанавливая силы. Я передал наручи танку — неплохой апгрейд для Олега.

Ключ. Предмет выглядел как сложный механизм из переплетенных шестерней и светился мягким внутренним светом. Это была наша настоящая награда. Незаслуженная, но от этого не менее значимая.

Мы нашли относительно чистый уступ в стене и расположились на отдых.

Неуязвимый сел, прислонившись спиной к стене, и закрыл глаза. Кира молча чистила кинжалы, но я видел, как напряжены ее плечи. Михаил перебирал струны лютни, но музыка не рождалась.

— Катастрофа, — нарушил я тишину. Голос прозвучал ровно, как на рабочем совещании после проваленного дедлайна. — Мы победили не благодаря тактике, а вопреки ее отсутствию.

— Мы просто не были готовы к такому, — попытался возразить Михаил. — Он разделился, это нестандартная механика…

— Дело не в механике, — отрезал я, глядя на свои руки. На руки воина. — Дело во мне. Я был бесполезен. Хуже, я был помехой. Пока я анализировал одну угрозу, появлялись две новые. Я стоял в метре от Олега и не видел, что его здоровье на нуле, пока он сам не крикнул. В гуще боя я не могу анализировать ситуацию и командовать.

Я поднял взгляд и посмотрел на них.

— Выбор класса воина был фундаментальной ошибкой. Я не могу быть одновременно и мечом, и головой отряда.

Мое признание некомпетентности повисло в воздухе. Я ожидал, что они начнут спорить, защищать меня, но они молчали. Видимо, они и сами это видели.

Михаил поднял голову. Но на его лице не было сочувствия. Там горел тот самый огонь, который я видел в библиотеке. Огонь первооткрывателя, наткнувшегося на новую, захватывающую идею.

— Ошибка? — почти прошептал он. — Маркус, не ошибка. Самое важное открытие, которое мы сделали в этом подземелье! Ты не ошибся с тактикой. Ты ошибся с подходом!

Я непонимающе уставился на него.

— Ты пытался написать роман молотком! — его голос креп, наполняясь страстью ученого. — Ты постоянно думаешь не как воин. Ты думаешь, как… как маг!