###

Меня доставили обратно в форт на скоростном катере маркизата, который резко и пыльно приземлился на главной плацдармной площадке.

Картина, встретившая меня, была одновременно и обнадеживающей, и удручающей. Лагерь кипел лихорадочной, уставшей жизнью — все, кто уходил в тоннели, уже вернулись.

Но в их глазах, запавших от бессонницы и напряжения, читалась не только усталость, но и ощутимая горечь потерь.

Первым ко мне, пробиваясь через суетящихся бойцов, пробился Ралот, его мундир был в бурых разводах пыли и запекшейся крови, одна перчатка порвана, обнажая содранные костяшки пальцев.

Отдав честь, он в общих чертах рассказал о бое с силами повстанцев.

— Закончив с ними, мы добрались до главной пещеры по вашему следу, но она уже рухнула, свод обвалился почти полностью. Пришлось разгребать завалы. Вытащили большинство наших, — он замолчал на секунду. — Десятерых не успели.

Он объяснил, что уцелевшие артефакторы повстанцев, выбравшись из-под обломков, не стали атаковать, а последовали за своим принцем. Это неожиданное отступление спасло остальных моих людей от новых, возможно, еще более тяжелых жертв.

Затем подошли Хамрон, Силар, Ленар и Бьянка. Их отряды понесли самые тяжелые потери — сорок семь человек. Однако такие потери в основном не были следствием ловушек.

Хамрон с довольной улыбкой и грубо перевязанным окровавленной тряпкой плечом, доложил:

— Мы объединились с Силаром, Бьянкой и Ленаром по очереди в разных участках тоннелей. А потом, продвигаясь дальше вместе, наткнулись на главное хранилище повстанцев. Куча Хроник, трое Преданий. Пришлось ввязываться в лобовую. Потери… — он на секунду посмурнел. — Значительные. Но задачу выполнили и куш… — он снова заулыбался, преисполнившись энтузиазма. — Мы все вынесли, Мак! Все до последнего слитка! Артефакты, ящики со слитками, мешки с монетами… и какие-то странные препараты, красные. Ничего похожего я раньше не видел, но по мане дико мощные.

Остальные отчитались по очереди, но у двух оставшихся групп не произошло особо ничего интересного.

Ярана и Силиан, оставшиеся командовать фортом, подошли последними. Они доложили скупо и четко, что за время нашего отсутствия все было спокойно, гарнизон не беспокоили, лишь дважды пролетали разведчики повстанцев, но их быстро отогнали.

Я стоял, слушая их, чувствуя тяжесть каждой потерянной жизни и одновременно пьянящую легкость от объемов неожиданной добычи. Боль в груди и плече пульсировала в такт мыслям, отдавая в виски.

К сожалению, на то, чтобы проверить сейчас, не было времени. Таймер в голове отсчитывал секунды.