Я застегнул последнюю пряжку на мундире, тщательно выровнял складки, повернулся к ней и ответил с такой же игривой, но подчеркнуто серьезной интонацией:
— В таком случае, в свой следующий… деловой визит, я приложу все усилия, чтобы превзойти твои ожидания.
Затем я выпрямился во весь рост, щелкнул каблуками и с абсолютно каменным, невозмутимым лицом, глядя прямо на ее полуобнаженную, развалившуюся в постели фигуру, отдал ей честь — четко, по уставу.
Ее ухмылка дрогнула, губы задрожали, и она фыркнула, подавив короткий, хриплый смешок. Развернувшись на каблуках, я вышел из ее покоев, оставив ее в одиночестве с ее мыслями и нашей новой, своеобразной договоренностью.
Следующий день я потратил на финальные, тщательные приготовления. В том числе, спустившись в шумный подбазовый город, нашел единственную косметологическую клинику, что пользовалась заслуженной популярностью у представительниц прекрасного пола в высшем офицерском составе.
Процедура с использованием специализированных, сложных артефактов, временно перестраивающих кожный покров и мышечный тонус, заняла несколько душных, неподвижных часов, но результат того стоил.
Кожа на лице и кистях рук снова стала гладкой, упругой и сияющей здоровьем, все следы возраста и былых тягот были бесследно стерты. Теперь я внешне идеально, до мельчайшей черточки, соответствовал образу молодого, ухоженного аристократа, не обремененного тяготами службы.
А ночью снова, как тень, прокрался на изящную яхту Гильома, приготовившись к отбытию.
Глава 22
Он ждал меня в капитанской каюте, и вид был поистине поразительный — он был моей вылитой копией.
— Они будут тебя слушаться, — сказал он, его голос был точной копией моего, лишь с едва уловимым, более холодным оттенком. — Но не подведи мой батальон. Не запятнай ту репутацию, что я с таким трудом начал создавать.
— А ты не забудь о том, что в светском мире можно наткнуться на куда большее количество ублюдков и неспринципных мудаков, чем в любом пиратском альянсе, — так же тихо парировал я, бысто вжившись в роль. — Играй свою роль безупречно.
Пару секунд мы просто буравили друг друга взглядами, а потом почти синхронно довольно рассмеялись. Не знаю, что будет дальше, но по ощущениям вся эта задумка должна была выйти как минимум занимательной.
Мы обменялись коротким, твердым, полным взаимного понимания рукопожатием. После чего он, не оглядываясь, вышел, растворившись в ночной тьме базы, чтобы занять мое место.
Я же, сделав глубокий вдох и расправив плечи так, как это делал Гильом, вышел на капитанский мостик, к немногочисленной, подобранной лично им команде яхты.