Когда Торопов дочитал текст телеграммы и осознал, что же в ней излагалось, он растерянно оглянулся по сторонам и, не зная, что предпринять, просто застыл на несколько секунд на месте. Потом, приняв решение, быстро озвучил телефонистке их домашний номер на телефоне, помня, что Вяче сегодня планировал работать, никуда не выезжая.

— Славка, никуда не уходи. Надо срочно переговорить. Лично.

— Что случилось? Ты в порядке?

— Потом расскажу. Я жив-здоров. Дело в другом.

Машиной прочно завладел Вяче, Торопов же для разъездов несмотря на холода, то и дело брал Родстер. Тем более и ехать теперь от квартиры до завода стало совсем недалеко. Когда Артем, тарахтя мотором, вкатился во двор, Вяче вместе с Дымкой уже ждали его на крыльце.

— Ты бросил мастерскую, небывалое дело.

— Помнишь, мы договорились, что я займусь патентами на изобретения?

— Само собой.

— Сегодня пришел ответ из конторы. Они уведомляют, что на цельнометаллическую мотоколяску, узлы для полного привода и по танку точно такие же, слово в слово как у нас, документы уже получены в Англии, США и по всей Европе. Как думаешь, на чье имя?

— Не говори загадками, — разом помрачнев, отозвался Славка.

— Нашим Сереном, мать его, Христиановичем Рандрупом! Он нас кинул как лохов.

— Не скажу, что сильно удивлен. Хотя и очень неприятно. Надо ехать к нему и все обсудить. Послушаем, что скажет. Давай, я позвоню ему и назначу время встречи. Все остальные чертежи и разработки ты с его завода забрал?

— Обижаешь. Первым делом.

— Молодца. Как не повернется, но одно ясно, больше мы туда не ходоки. — Славка принялся быстро соображать, выстраивая примерный план ближайших действий. — Надо окончательно перебираться на собственную базу. В наш новоомский цех. Но это потом. Все, звоню.

— Барышня, соедините с номером три ноль восемь.

Рандруп словно укрывшись за массивным столом, уставленным тяжелым бронзовым литьем настороженно и одновременно с тем снисходительно смотрел на друзей, терпеливо дожидаясь, что же они ему скажут и сохраняя полнейшее хладнокровие.

«В выдержке ему не откажешь» сделал мысленный вывод Славка.

Первым заговорил Артем. Он кратко и без эмоций изложил Серену Христиановичу суть произошедшего и в конце добавил вопрос:

— Как прикажете понимать это, господин Рандруп?

— Господа, так сложились обстоятельства, — без тени извинений и оправданий просто уведомил их датчанин. — Интересы Великобритании потребовали немедленного решения, и я сделал то, что должен был. Наши страны — союзницы по Антанте и когда наступит время, Русская армия сможет разместить на английских заводах крупные заказы, в том числе и на мотоциклеты и бронеходы — «танки». Напомню, что вся работа шла на моем заводе, и я имею все законные права на эту разработку. — Рандруп сознательно уклонялся даже обмолвиться о том, кому действительно принадлежали права на изобретения. — Но в качестве компенсации готов простить вам аренду площадей и оборудования, а также выписать вам чек на три, нет, даже на пять тысяч рублей. — Подумав и словно что-то взвесив, добавил нехотя. — И можете продолжать использовать мастерскую еще полгода.