Закусив губу, я слушала голос короля, понимая, что он говорит, но не желая это принимать.

— Но ты же… — я не договорила, подняв глаза и наткнувшись на внимательный взгляд Рудольфа.

— Если ты о том, что я жалею бедную девушку и переживаю за нее, то, поверь, я не многим отличаюсь от них. Мне ближе ее смерть по той причине, что она — моя подданная. А еще, — король понизил голос, при этом мило улыбнувшись Марьям, сидевшей поодаль и кинувшей на нас весьма заинтересованный взгляд, — по той причине, что это убийство и обвинение тебя в нем были весьма выгодны Эверарду. Совет Герцогов необходимо собирать именно из герцогов, так что Фрею пришлось бы отправиться домой, а голос Фиральского герцога был бы удержан. Как рассудили бы Михаил и Вимон, я не могу сказать. Добавим к этому то, что сам совет идет не один день… — Король замолчал, многозначительно глядя на меня. Я кивнула, медленно понимая, к чему он клонит.

— И ни о каком военном походе речи уже и не могло бы быть. Откуда он узнал?

Рудольф пожал плечами, с беспечным видом обведя зал взглядом, налил себе вина из стоящего рядом кувшина, а около меня появился слуга, отправленный мною ранее за питьем. Пока он водружал на стол красивый глиняный кувшин, расписанный яркими глазурями и слегка не вяжущийся с остальной, серебряной, посудой, я обдумывала то, что только что узнала. Кто-то доносил Эверарду о каждом нашем шаге, и в этот раз круг возможных информаторов и сузился, и одновременно стал шире. Если с нашей стороны, то рассказать герцогу Оташскому могла сама Марьям, в чем лично я очень сомневалась, или тот, кто имел контакт с отправленным ею письмом, но и в этом я также не была уверена — скорее всего, моя благодетельница лично отправляла послание. А значит, доносил кто-то со стороны Васконского герцогства…

И вот тут у меня пазл не сложился. Как так? Если письмо было отправлено совсем недавно, на то, чтобы прислать об этом весточку Эверарду, времени бы просто не хватило, ведь девушку убили ночью. Бред какой-то.

Отпив чуть-чуть горячего пряного напитка и посмаковав легкую кислинку, я внезапно поняла, что мне нравится эта маленькая детективная история. Да, разобраться с ней было нужно, но сам процесс мне вдруг стал доставлять своеобразное удовольствие, а не ощущался досадной необходимостью. Как говорится: не можешь остановить парад — возглавь его. Очевидно, я для этого созрела.

Когда слуги отошли, снова оставив нас с королем, я поделилась с ним своим выводом и с некоторым удивлением заметила в его глазах удовлетворение. «Он что, проверяет мои умственные способности?» Я не успела даже возмутиться по этому поводу — Рудольф, покачав головой, усмехнулся и снова наклонился ко мне.