— Пусть эта сестрёнка никогда не родится! — вдруг выкрикивает Яшка.

— Яша! — ахает мама. Я не успеваю ничего ответить — входит врач.

— Вам сейчас лучше уйти, — говорит строго. Сын под этим взглядом стихает, берёт бабушку за руку. Нет, конечно, я не могу на него обижаться: дети — самые жестокие существа на свете, потому что, когда говорят подобные вещи, не представляют, какую боль этим причиняют. Мама обязательно скажет, что такое желать ни в коем случае нельзя. Яшка вспыльчивый, но очень отходчивый. Самое страшное уже позади, остаётся разгребать последствия.

Мне назначают ещё один курс капельниц, матка в тонусе, придётся и дальше лежать. Жестокие слова не выходят из головы: неужели он на самом деле боится, что разлюблю? Предательницей считает меня, винит меня в том, что семья развалилась — вот что по-настоящему больно. Если расскажу ему правду, станет только хуже. Боготворя папу, Яшка может решить, что я специально так говорю. Значит, придётся сцепить зубы и перетерпеть, и обязательно записать сына к детскому психологу. Тут без помощи не справиться, а приоритет пока сдвинут на сохранение беременности. Надеюсь, у Платона хватит чуткости и честности, чтобы объяснить, почему мы расстались.

Как же хочется тепла и поддержки! Сперва Платон, потом Яша — оба вымотали нервы. Просмотр квартиры приходится отложить, но Платон едет сам и присылает подробное видео. Неизвестно, сколько ещё тут пролежу, не хочу затягивать, поэтому даю добро на продажу и покупку. Юрист приедет в больницу со всеми документами, из больницы я поеду в свой новый дом. Лишнее в моей жизни отсекается само собой. Сперва сомневаюсь, но потом всё же пишу Егору и прошу приехать. Мне необходим человек, который будет на моей стороне.

Он отвечает, что сможет только после работы, я же с удивлением понимаю, что как раз о работе вообще не думала всё это время. Дзен, который словила в отпуске, встряска с беременностью, Яшкин побег, тест… Какие тут акции и облигации, им попросту не осталось места! Понимаю, что хочется продлить это состояние, может, не выходить слишком рано на работу, остаться в декрете? За это время найду что-то новое, открою своё дело… С сыном сидела мало — строила карьеру. Мы пахали с Платоном, как настоящие трудоголики, всё стремились к чему-то большему. А с доченькой… Милена. Имя приходит внезапно, тёплым клубочком сворачивается в животе.

Егор приходит, когда снимают вечернюю капельницу. Пропускает медсестру, хмурится.

— Разве тебе капали что-то перед сном?

— Это новое, — вздыхаю и поднимаю кровать, чтобы сидеть. Как в индийскую мелодраму попала: сперва одному сказала, что не отец. Теперь другого радовать. Вот только радовать ли?.. — Перенервничала. Потом расскажу, сейчас не это главное. У нас будет дочка, Егор.