Приблизившись к внедорожнику, я раздраженно крикнул:

— Ну, наконец–то! Где вас черти носят? Я вас тут уже заждался! Подумал, что придётся провести здесь целый день! Вы из третьего батальона?

Офицер, оказавшийся гауптманом, опустил бинокль, его лицо выражало крайнее удивление. Он увидел не русских диверсантов, а лейтенанта Вермахта, который разгуливает по степи и почему–то кричит на него.

— Что вы здесь делаете, лейтенант? — растерянно спросил гауптман.

Я подошёл вплотную к машине, положил руки на бортик.

— Что я здесь делаю? Жду вас, герр гауптман! — я изобразил крайнее раздражение. — Оберст Ройтнер велел мне передать вам патроны и гранаты.

— Ройтнер? — переспросил гауптман. — Но ведь он командир первого полка нашей дивизии, а мы из второго полка! Нам про вас ничего не говорили, лейтенант!

— Ой, простите, герр гауптман! — я сделал вид, что смутился. — Я ждал здесь командира третьего батальона моего полка. Я прибыл на фронт всего две недели назад, не всех офицеров знаю в лицо. Прошу прощения за грубость, я забыл представиться: лейтенант Дитрих Шульц, командир первого взвода первой роты первого полка двадцать пятой дивизии. — Я встал по стойке «смирно» и отдал честь.

— Гауптман Вальтер Крюгер, командир саперной роты второго полка двадцать пятой дивизии, — в свою очередь представился офицер, небрежно козырнув в ответ. Но потом с подозрением посмотрел на меня и велел: — Покажите документы, лейтенант!

Я послушно достал удостоверение.

— Вроде всё верно, лейтенант! — бегло просмотрев зольдбух, резюмировал гауптман. — А кто там с вами?

— Ефрейтор Браун, мой водитель. В кузове только ящики с патронами и гранатами.

— Майер, Хольц! — Крюгер оглянулся на стоящий рядом грузовик. — Сходите к тому «Блитцу» и проверьте груз и документы водителя!

Из грузовика торопливо выскочили ефрейтор и унтер. Почти бегом они устремились к моему «Опелю».

— Так что вы здесь все–таки делаете, Дитрих? Что вам приказал оберст Ройтнер? — продолжил выспрашивать Крюгер.

— Я получил приказ приехать на артсклад, получить там боеприпасы и передать их командиру третьего батальона.

— Зачем такие сложности? Почему солдаты третьего батальона сами не поехали на склад?

— Не могу знать, герр гауптман! — рявкнул я, вытягиваясь в струнку.

— Ладно… — пожевав губами, сказал Крюгер, явно раздумывая, что бы еще спросить.

Я переглянулся с сидящим в «Хорьхе» вторым офицером — таким же юным лейтенантом, как я, и тот едва заметно пожал плечами — мол, ну что тут поделать, вот такой у меня дотошный командир.

— Дитрих, а как зовут командира нашей дивизии? — снова спросил Крюгер.