— Радикально? — переспросил он, не поднимая глаз. — Ты имеешь в виду — ликвидировать?
— Да. И как можно быстрее. Корф упертый и рано или поздно разоблачит нас. А без него любое дело против двух заслуженных фронтовиков заглохнет — по факту нам нечего предъявить, кроме его звериного чутья.
Валуев поднял голову и посмотрел на меня. В его темных глазах не было ни сомнений, ни страха — только холодный расчет профессионала, оценивающего задачу. Он обдумывал мое предложение не с точки зрения морали — этот вопрос для нас давно был решен, — а с точки зрения тактики. Я видел, как работает его мысль — быстро, четко, как хорошо смазанный механизм. Возможно ли это? Какие ресурсы нужны? Каковы риски? Оценив все вводные, товарищ кивнул — коротко, скупо, по–деловому.
— Хорошо, отработаем этого урода!
Мы оба понимали, что это жест отчаяния, но собирались сражаться до конца.
Глава 2
Глава 2
9 февраля 1942 года
Ночь
— И вот еще что, Петя, — сказал я, отодвигая опустевшую корзинку. — Мы так и не прояснили вопрос с аковцами — какого хрена они за мной следили? Надо бы пробить эту тему до донышка. У нас теперь немчура на хвосте, еще только пшеков не хватало! Что тебе покойный Голя наговорил?
— Наговорил на две высших меры, — усмехнулся Валуев. — Но касательно лично тебя — ничего конкретного! Сказал, что в Минске большая подпольная сеть. И, якобы, чуть ли не с довоенных времен — сам Голя в Минск приехал в сороковом году. Кроме своей пятерки он никого в лицо не знал, тут у них с конспирацией всё замечательно, но от «пана Кшися» слышал, что таких пятерок в городе несколько десятков. И что их люди сумели проникнуть во многие немецкие учреждения и чуть ли не в штаб Группы Армий. Но мне кажется, Голя врал, цену себе набивал или пытался запугать.
— Может Вондерер что–нибудь прояснит? — задумчиво спросил я. — Он же, по его словам, кроме старика–связного, на явочной квартире еще кого–то схватил.
— Нам с тобой нужно соседку расспросить! Ядвига — довольно «толстая» ниточка ко всей этой компании. И если ее допросить с пристрастием, то много интересного узнаем, — медленно проговорил Валуев. В его голосе не было угрозы — только констатация факта. Как будто он предлагал отвинтить гайку или протереть оптику. — Те, которых взял Вондерер — простые боевики, они не могут много знать — как тот же Голя. А вот Ядвига… Сам же сказал, что видел ее с тем типом из ресторана, похожим на убитого с хутора.
— Предлагаю навестить пани Ядвигу, — сказал я, вставая. — Прямо сейчас!
Валуев поднялся, молча проверил оружие.
— Навещать даму в столь поздний час вроде бы неприлично, но мы ведь по–соседски! — буркнул он. — Пойдём!